Яков Виллимович
Сражения и победы
Русский государственный и военный деятель, инженер и ученый, граф (1721), один из ближайших сподвижников Петра I. Генерал-фельдцейхмейстер (1711), генерал-фельдмаршал (1726), реформатор русской артиллерии.
Этот загадочный человек, даже после своей смерти оставил много тайн. Но его роль в ключевых баталиях Петровской эпохи несомненна.
«Муж честнейший, ученейший», - такую характеристику этому сподвижнику Петра Великого давал британский посол при русском дворе сэр Чарльз Витворт. И действительно, фигура Якова Виллимовича Брюса занимает особое место среди выдающихся деятелей петровского царствования.
Характеристики, даваемые Брюсу писавшими о нем авторами, зачастую полярны.
«Несмотря на чрезвычайную занятость государственными делами, Брюс находил время и для научных занятий, породивших легенду о том, что он был алхимиком, астрологом, масоном и т.п., хотя до сих пор нет сколько-нибудь убедительных доводов в пользу этих версий, включая упоминание его имени в названии знаменитого «Брюсова календаря» ... Можно без преувеличения сказать, что Брюсу принадлежит заслуга распространения в России передовых для того времени научных идей - гораздо раньше открытия Санкт-Петербургской Академии наук. Он был одним из просвещеннейших людей эпохи и выделялся своей неординарностью даже среди ярких личностей «птенцов гнезда Петрова» (В.И. Синдеев).
В судьбе Брюса действительно есть что-то загадочное. Неясно, где и как сын служилого дворянина, на четырнадцатом году записанный в «потешные», сумел получить такое блестящее образование, которое позволило ему затем овладеть глубокими познаниями в самых различных областях науки. Непроницаемыми для постороннего взгляда остались его внутренний мир и домашняя жизнь, особенно в последние годы, проведенные почти в отшельническом уединении. Брюс несомненно проявил интерес к тайноведению, но не вполне известно, как он это оценивал.
И. Грачева
«Яков Брюс, которого при дворе считали химиком, астрологом и инженером, а в народе - колдуном, не имел ничего общего ни с Ньютоном, ни с Лавуазье, но скорее смахивал на простого плута... Знания этого мошенника, хотя были знаниями самоучки и дилетанта, имели, однако, в глазах царя неотразимую притягательность, и по отношению к данной среде представляли известную ценность» (К. Валишевский).
«Брюс не дождался и биографа; его роль в культурной и творческой работе русского общества нам до сих пор не ясна. В народной легенде этот точный ученый нового времени сохранил облик чародея и астролога… В действительности Брюс был первым русским экспериментатором и первым наблюдателем-астрономом, о котором сохранились у нас исторические данные» (В.И. Вернадский).
Потомок древнего рода шотландских королей, Я.В. Брюс - Джеймс Дэниэл Брюс (James Daniel Bruce) - родился в 1670 году в семье полковника русской службы. Проживая в Немецкой слободе, маленький Яков пристрастился к точным наукам. Эта страсть будет с ним всю жизнь. Прекрасный математик и астроном, эрудит, блестяще владевший шестью иностранными языками, Яков Виллимович всю свою жизнь будет пугать окружающих своими научными познаниями. Досужие языки назовут графа «чернокнижником» и «черным колдуном», но он будет только смеяться над такими суевериями.
В возрасте 13 лет его запишут рядовым в потешный Преображенский батальон. С этого момента его жизнь будет неразрывно связана с судьбой Петра Великого. Царь, сам безумно любивший артиллерию, оценил способности Якова Виллимовича, определив его в бомбардирскую роту.
В 1687 и 1689 гг. Брюс в чине прапорщика принимал участие в неудачных Крымских походах князя В.В. Голицына. В период троицких событий 1689 года находился при особе Петра I.
В 1694 году поручик Брюс принимал активное участие в кожуховских маневрах. Активный участник Азовских походов 1695-1696 гг. Составил подробную карту местности от Москвы до Малой Азии, напечатанную потом в Амстердаме у Тессинга. За эту работу Брюс был пожалован чином полковника.
Сопровождал царя в путешествии по Европе в 1697-1698 гг. в составе «Великого посольства». Проходил обучение в Нидерландах и Англии. Выполнял многочисленные поручения царя по закупке учебников, книг и оборудования.
Великая Северная война (1700-1721) началась для Якова Виллимовича, произведенного в звание генерал-майора артиллерии, крайне неудачно.
«Ныне мы, при помощи Божией, - писал Петр новгородскому воеводе И.Ю. Трубецкому, - начали войну против шведов и сегодня послали для блакира и пересечения путей в Ижерскую землю генерал-майора Якова Брюса». «Записка о Ругодивском походе» так излагает события: «28 июля 1700 г. посланы из Москвы Яков Брюс, Иван Чамберс, Василий Корчмин до Новгорода наскоро. И поспели в Новгород в 15 дней. И от команды ему (т.е. Брюсу) отказано, послан вместо Брюса с полками новгородскими воевода князь Иван Юрьевич Трубецкой».
Ошибки Брюса и внезапная опала спасли его от плена и гибели в сражении под Нарвой в ноябре 1700 г. После нарвской катастрофы, генерал назначается на пост губернатора Новгорода и исполняющим обязанностей генерал-фельдцехмейстера. С этого момента жизнь и деятельность Якова Виллимовича неразрывно связана с русской артиллерией.
Практически на голом месте Брюсом была создана артиллерия русской армии - полковая, полевая и осадная, которой Петр уделял большое внимание и считал этот род войск равным пехоте и кавалерии. Именно Яков Виллимович настоял на разделении артиллерии на полевую и осадную. Уже в 1701 году были отлиты 273 пушки, а через год - еще 140. В последующие годы темпы литья не ослабевали. Всего в России в период от Нарвы до Полтавы было отлито 1006 медных орудий.
Брюс внедрил в практику русской артиллерии так называемую «артиллерийскую шкалу Гартмана», что дало возможность стандартизировать типы орудий и привести их к единой системе. Отныне калибр орудий определялся по пересчету в фунты: калибр орудия с массой железного ядра в 1 русский фунт (0,4 кг) равнялся 5 сантиметрам.
В качестве генерал-фельдцехмейстера Брюс обеспечивал надзор за производством орудий, соблюдением установленных размерных стандартов («ни чертой больше, и ни чертой меньше» - требовали от мастеров при отливке орудий). Брюс смог добиться от мастеров стандартизации размеров и калибра орудий. Это дало возможность заряжать пушки стандартными ядрами и уменьшить зазор между наружным диаметром ядра и внутренним диаметром ствола орудия. Соответственно, появилась возможность уменьшить заряд пороха без потери дальности стрельбы, а следовательно - сделать стенки ствола не такими толстыми. Все эти мероприятия привели к тому, что вес 12-фунтовой пушки уменьшился со 112 до 30 пудов - почти в четыре раза! Значительно легче стали и лафеты. Такое снижение веса всей артиллерийской системы резко повысило ее мобильность. Размеры лафетов также были стандартизированы и приведены в соответствие с калибром орудий. Это была первая в Европе удачная попытка создания единой «артиллерийской системы». Цвет лафетов русских орудий варьировался, но к 1720 году стандартным стал кирпично-красный.
Отметим также, что в этот период были разработаны легкие зарядные ящики, в которых транспортировались объединенные в одном картузе заряды и снаряды. Зарядные ящики такого типа, именовавшиеся «петровскими», оставались на службе в русской артиллерии почти 150 лет - до второй половины XIX века. Введены были и нормы боевого комплекта снарядов на каждое орудие. Артиллерийский полк, созданный в 1701 г., включал в себя 4 канонирские, 4 бомбардирские и 1 инженерную рота - всего 362 человека (14 офицеров, 24 унтер-офицера, 84 бомбардира и канонира, 199 фузилеров, 4 барабанщика, 34 нестроевых) и 32 орудия. Каждый пехотный полк имел две пушки, а полк конницы - одну пушку. Создавалась и осадная артиллерия: в разгар войны она насчитывала 160 орудий. Впервые в военной истории Петр ввел в употребление конную артиллерию и не только для ее перемещения, но и для использования в бою! Во Франции это новшество ввел лишь 100 лет спустя Наполеон. «Он был, как и я, артиллерийским поручиком!», - с восхищением говорил о Петре Великом Наполеон I своему генерал-адъютанту Нарбонну.
Применению артиллерии Петр I уделял самое пристальное внимание. Уже в бою под Добрым в 1708 г., в котором русская армия столкнулась с авангардом Карла XII, артиллерия проявила себя с самой лучшей стороны. Накануне Полтавы Петр дал распоряжение генерал-фельдцейхмейстеру Я.В. Брюсу готовить артиллерийскую базу в Белгороде. Сюда привозили пушки и припасы к ним, отсюда шло снабжение артиллерией войск. Цифры поставок в Белгород за первое полугодие 1709 года впечатлительны: пороха - 1000, свинца - 300 пудов, ядер - 3000, гранат - 9000, бомб - 1300 штук, железа - 200 пудов.
Среди русских нашлись изобретатели новых видов артиллерийского оружия. Типичным примером тому явилась 3-фунтовая короткоствольная пушка военного инженера Василия Кормчина. Длина ее ствола составляла 106 см, калибр - 76 см, масса - 159,5 кг, т.е. она была вдвое легче аналогичных орудий. На конце ствола с помощью болтов укреплялся съемный стальной цилиндр-надувальник, и тогда из пушки можно было вести огонь как ядрами, так и картечью и бомбами. При необходимости в течение нескольких минут на ствол навинчивался надульник, и тогда можно было стрелять 6-фунтовыми 152-милиметровыми гранатами. Такие орудия с успехом применялись при Лесной и в Полтавском сражении.
|
|
|
|
Генерал-фельдцейхмейстер дорожил каждым солдатом, болезненно воспринимая любые попытки использовать не по назначению пушкарей, в которых он не без основания видел своего рода элиту русской армии, и приданные к артиллерии части.
Его питомцы громили укрепления Нотебурга в октябре 1702 г., за что удостоились блестящего отзыва монарха:Артиллерия наша зело чудно дело делала...
В 1703 г. Брюс участвовал в закладке Петропавловской крепости, а затем участвовал в осаде Копорья. При этом гарнизон крепости сдался после пятидневного артиллерийского обстрела. 23 мая над Копорьем был поднят русский флаг.
В 1704 г. Брюс командует артиллерией при осаде Нарвы и Ивангорода. В 1706 г. генерал-поручик Я.В. Брюс руководит артиллерией в победоносном для России сражении при Калише. За эту победу он удостоился польского ордена Белого Орла. В придачу царь пожаловал Брюсу золотую медаль со своим портретом, осыпанным бриллиантами. Подобные знаки монаршей милости весьма высоко ценились.
Конец 1706 г. русская армия встретила на зимних квартирах в Жолкве (Жолкиеве). Сюда в феврале 1707 г. явилось польское посольство с жалобами на плохое исполнение русскими своих союзнических обязательств перед Польшей. Тогда генералу впервые пришлось ощутить себя в роли дипломата и удалось приобрести тот неоценимый опыт, который ему впоследствии так пригодился на переговорах со шведами.
Литовцы и поляки постоянно жаловались на притеснения со стороны русских войск, на чрезмерные поборы продовольствием и фуражом, а то и откровенный казачий и калмыцкий грабеж. Чтобы пресечь подобные инциденты, а, главное, успокоить союзников, была создана совместная комиссия, которую с русской стороны возглавил Яков Брюс. Комиссия детально разобралась в спорных проблемах, Брюс неоднократно обращался к царю за решением тех или иных вопросов. В конце концов, страсти удалось потушить.
|
|
|
|
В 1707 г. шведская армия начала свой «русский поход». В этот период Яков Виллимович занимается возведением укреплений на пограничных рубежах, курирует работу металлургических предприятий, занимается вопросами обучения артиллеристов. От этого периода Северной войны сохранилась не слишком обширная переписка Петра и Брюса. Малочисленность писем не должна вводить в заблуждение: Брюс практически постоянно находился в армии, при Петре, и им не было нужды переписываться. В редкие же моменты, когда Брюс выполнял поручения вдали от армии, когда сам царь из-за своих хронических заболеваний, связанных с не слишком чистоплотным и здоровым образом жизни, был не в состоянии выехать к войскам, появлялись, к примеру, письма Петра, подобные этому, датированному 31 октября 1708 г.: «Письмо ваше из Глухова, сего числа писанное, до нас дошло, в котором пишете вы, что около оного места поля ровные, лесу зело мало. Того ради надобно вам съездить подале и осмотреть места от Глухова милях в трех, а имянно в тех местах, которые подались к нашим городам, к Севску и протчим, где есть удобные места к обороне, також и леса. И, осмотря, приезжай к нам сам».
Брюс выезжал на рекогносцировки местности и вместе с царем. На одной из стоянок русской армии (в украинских Горках, после головчинского сражения) он собственноручно разработал в присутствии Петра образец скорострельного зарядного ящика. В Москве впоследствии изготовили 50 таких ящиков. И все время он успевал читать и переводить научные труды, занимаясь математическими и астрономическими исследованиями.
Вместе с царем он участвовал в знаменитой битве при Лесной 28/29 сентября 1708 г., командуя левым флангом «корволанта». За эту победу, впоследствии названную «матерью Полтавской баталии», генерал-поручик получил в награду 219 дворов крепостных крестьян.
Безотлучно находясь при главной квартире, Яков Виллимович постоянно заботился о своевременном обеспечении армии орудиями и боеприпасами. К лету 1709 г. стало ясно, что генерального сражения не избежать. Авторитетнейший историк Е.В. Тарле, анализируя события Северной войны, подчеркивал, что, собственно, план Полтавской баталии был основан на так называемом «простейшем мнении» Якова Брюса, поданном «в обозе при Полтаве» 4 июня 1709 г. на военном совете, собранном Петром в день его прибытия к войскам.
Им говорилось «о необходимости перейти через Ворсклу с 8 или 10 тыс. пехоты, выше Полтавы, и устроить там ретраншемент, снабдив его не только пехотой, но и конницей. Это учинит неприятелю «великое помешательство». В случае нападения шведов на Полтаву или на ретраншемент - посылать подмогу в помощь атакуемым и если придется, то «прочим всем» неприятеля атаковать. Если атаке подвергнется Полтава, то помощь посылать из ретраншемента, а если атакуют ретраншемент, то посылать из главного («большого») корпуса 10 батальонов на помощь. А если неприятель атакует шанцы, «то как всем, обретающимся в транжементе» (ретраншементе), так и коннице, стоящей ниже города, напасть на неприятеля.
«Петр расширил и углубил этот план, - отмечает Тарле, - и у него переход через Ворсклу знаменовал наступление момента генерального сражения».
Главную ставку в этом решающем сражении царь сделал на укрепления и артиллерию. Русская артиллерия в Полтавском сражении состояла из одного артиллерийского полка 6-ротного состава, насчитывавшего по штату 362 чел. и 36 орудий.
При пехотных полках находилось 53 орудия полковой артиллерии (дивизия Алларта - 13, Репнина - 10, Меншикова - 10, бригада ездящей пехоты - 20), обслуживаемых 186 артиллеристами. В распоряжении драгунских полков находилось 13 2-фунтовых орудий, перевозившихся в конной упряжке. Каждое такое орудие обслуживали 1 канонир и 2 фузилера.
Артиллерия располагала большим запасом пороха и снарядов. Так, на каждое 3-фунтовое орудие имелось по 50 зарядов картечи и 138 ядер. Русская армия вступила в бой, имея в своем распоряжении 102 орудия. На начальном этапе сражения 87 орудий находились в укрепленном лагере. На втором, главном, этапе схватки на поле боя вели огонь 55 полковых и 13 конных орудий.
П.А. Кротов на основании новых, открытых им архивных документов, приводит следующий состав русской артиллерии, сосредоточенной у Полтавы: 32 полевых, 37 полковых, 20 гвардейской бригады, 17 драгунских орудий и 20 пушек-мортир (для стрельбы 3-х фунтовыми ядрами и 6-ти фунтовыми гранатами), то есть 126 артиллерийских стволов.
Уже при штурме редутов шведы понесли ощутимые потери. А когда часть пехоты во главе с генералом графом А.Л. Левенгауптом попыталась атаковать ретраншемент, генерал-фельдцехмейстер Я.В. Брюс специально подпустил шведскую пехоту на дальность картечного огня (200-300 шагов). Только после этого 87 орудий русской артиллерии, находившейся в укрепленном лагере, открыли огонь. За стеной образовавшегося дыма шведы в течение 45 минут могли двигаться навстречу выстрелам, но ближе 64 метров так и не смогли подойти. Жестокость потерь заставила шведских генералов около 6 часов утра отозвать атакующих, отмечают Н. Павленко и В. Артамонов.
На генеральном этапе сражения русская артиллерия буквально выкашивала ряды вражеской армии, что и привело в итоге к ее разгрому.
Массированный удар русской артиллерии явился переломным моментом в ходе Полтавского сражения, подготовившим переход всей русской армии в наступление
- пишет Е. Колосов.
Якову Брюсу была пожалована высшая награда России - орден св. Андрея Первозванного и, как водится, крупное поместье. Это вознаграждение было совершенно заслуженным.
В 1710 г. Яков Брюс участвовал во взятии Риги и Кексгольма, а затем отправлен с дипломатической миссией в Польшу. Россия готовилась к новой войне с Турцией и искала союзников для участия в этой кампании.
29 мая 1711 г. в Яворове Яков Брюс, среди немногих приближенных, присутствует на негласной церемонии бракосочетания Петра и Екатерины. Начинался бесславный Прутский поход 1711 г., после которого Россия надолго лишилась всех своих территориальных приобретений на Черном и Азовском морях. Вступившие в турецкие пределы русские войска располагали 122 орудиями. Брюс жаловался Шереметеву, что многие артиллеристы «уже не ели ничего дней по пяти и по шти (шести)».
Тем не менее, на военном совете, созванном в его палатке 14 июня после форсирования Днестра, Яков Виллимович поддержал идею дальнейшего движения вглубь неприятельских владений, идею, в конечном итоге чуть не повлекшую за собой крах России.
Петр был настолько обнадежен письмом валашского князя Кантемира, который обязался предоставить в его распоряжение 30 000 своих людей, что полагал возможным идти вперед, не дожидаясь прибытия задержавшихся в пути частей. Лишь генерал Галлард нашел в себе силы выразить сомнение в успехе похода, напомнив царю о судьбе Карла XII, погубившего свою армию под Полтавой в сходных обстоятельствах.
Печальные последствия рискованных действий не замедлили явиться. Подошедшие к реке Прут русские войска оказались окружены многократно превосходящей их турецкой армией. На другом берегу, как стервятники, поджидали крымские татары и шведы. От мгновенного разгрома петровские войска спасло только то, что турки не догадались о своем подавляющем преимуществе: русские начали сжигать лишнее имущество, готовясь к прорыву из окружения налегке; множество костров ввело турок в заблуждение относительно численности русских войск.
В печально знаменитом Прутском сражении 9-10 июля 1711 г. артиллерия Брюса действовала великолепно, хотя и на пределе своих возможностей, но только скорый мир мог спасти армию и царя, и Яков Виллимович одним из первых поддержал идею начала переговоров с турками. В конечном итоге русской армии удалось сохранить даже пушки и отступить с достоинством.
Для самого Якова Брюса этот год стал пиком его военной карьеры. 3 августа 1711 г., вскоре после смерти в шведском плену князя Имеретинского, Петр присвоил Брюсу звание генерал-фельдцейхмейстера. Он по-прежнему неотлучно находился при царе, который с частью армии вновь отправился в поход против шведов в Германии.
В последней своей крупной воинской кампании, в Померании и Голштинии в следующем году, когда северные союзники вели захват германских владений Швеции, нашему герою довелось командовать соединенной артиллерией России, Дании и Саксонии.
В декабре 1717 г. Яков Брюс стал Президентом Берг- и Мануфактур-коллегии, а в 1718-м - генерал-директором всех фортификаций Российского государства. Он был и одним из ведущих дипломатов петровской эпохи, возглавлял делегации русских дипломатов в Гданьске в 1710-11 гг., на Аландском конгрессе (1718-19) и при переговорах в Ништадте (1721). Его подпись стоит под Ништадтским мирным договором, заключенным 30 августа 1721 г.
И все-таки, наиболее ярко Брюс проявил себя как ученый-исследователь, закладывавший основы российской науки. Во время Великого посольства по поручению Петра несколько месяцев он обучался в Англии, работал в лаборатории Исаака Ньютона, сотрудничал с такими известными учеными как Джон Колсон, Джон Флэмстид, Эдмунд Галлей. По возвращении из Англии в конце 1698 г. фактически стал научным консультантом Петра при проведении астрономических наблюдений, создавая первые казенные обсерватории.
Обсерватория на Сухаревой башне была оборудована Брюсом в 1700 г. для будущей школы математических и навигацких наук, открытой в мае 1701-го. Затем в 1715 г. при создании в Санкт-Петербурге Морской академии и переводе школы в новую столицу России, Я.В. Брюс оборудует обсерваторию в Санкт-Петербурге. Третья обсерватория, созданная Брюсом находилась в Глинках, в подмосковной усадьбе, купленной им у князя А.Г. Долгорукова в апреле 1727 г. В этой усадьбе Яков Виллимович прожил последние 8 лет своей жизни, активно занимаясь астрономическими наблюдениями.
Брюс был первым переводчиком специальной и научной литературы. Причем научные издания по артиллерии, географии, механике, астрономии и другим дисциплинам издавались в России не только в переводе, но и под редакцией Я.В. Брюса. Не случайно, в 1706 г. при создании первой гражданской типографии в Москве, Петр I поручил Брюсу «надзрение» за деятельностью типографии. Во главе типографии был поставлен Василий Онуфриевич Киприанов, активно занимавшийся просветительской и предпринимательской деятельностью.
После смерти царя-реформатора Яков Виллимович, хотя и получил от Екатерины I звание генерал-фельдмаршала и орден св. Александра Невского, решил удалиться от государственных дел. Остаток своей жизни он провел в своем подмосковном имении Глинки.
Беспалов А.В., д.и.н., профессор
Литература
Анисимов Е.В. Петр I: Рождение империи. Вопросы истории. 1989. № 7
Бантыш-Каменский Д.Н. Биографии российских генералиссимусов и генерал-фельдмаршалов. СПб., 1840. Ч. 1
Бантыш-Каменский Д.Н. Деяния знаменитых полководцев и министров, служивших в царствование государя императора Петра Великого. М., 1821
Буганов В.И., Буганов А.В. Полководцы, XVIII век. М., 1992
Васильев А.А. О составе русской и шведской армий в Полтавском сражении. - Военно-исторический журнал. 1989. № 7
Грачева И. Яков Брюс. Реальность и легенды. - Наука и жизнь. № 3. 1998
Ключевский В.О. Петр Великий среди своих сотрудников. М., 1915
Колкина И. Яков Вилимович Брюс. В кн.: Павленко Н., Дроздова О., Колкина И. Соратники Петра. М., 2001
Никифоров Л.А. Внешняя политика России в последние годы Северной войны. Ништадтский мир. М., 1959
Павленко Н.И. Петр Великий. М., 1994
Павленко Н.И. Птенцы гнезда Петрова. М., 1992
Письма и бумаги императора Петра Великого. Тт. 1-10
Родословная Я.В. Брюса. (Публ. В.И. Синдеева). - Исторический архив. 1996. №№ 5-6
Фейгина С.А. Аландский конгресс. Внешняя политика России в конце Северной войны. М., 1959
Филимон А.Н. Яков Брюс. М., 2003
Хлебников Л.М. Русский Фауст. - Вопросы истории. № 12. 1967
Хмыров М.Д. 2-ой генерал-фельдцейхмейстер граф Яков Вилимович Брюс. - Артиллерийский журнал. №№ 2-4. 1866
Колосов Е.Е. Артиллерия в Полтавском сражении. Сборник к 250-летию Полтавской битвы. Полтава-Москва, 1959
Кротов П.А. Полководческое искусство Петра I и А.Д. Меншикова в Полтавской битве (К 300-летию Полтавской победы). Меншиковские чтения 2007. Вып. 5. СПб., 2007
Интернет
Нахимов Павел Степанович
Успехи в Крымской войне 1853-56 гг., победа в Синопском сражении в 1853 г., оборона Севастополя 1854-55 гг.
Момышулы Бауыржан
Фидель Кастро назвал его героем Второй мировой войны.
Блестяще осуществил на практике разработанную генерал-майором И. В. Панфиловым тактику боя малыми силами против многократно превосходящего по силам противника, получившую впоследствии название «спираль Момышулы».
Брусилов Алексей Алексеевич
Один из лучших русских генералов первой мировой войны.В июне 1916 года войска Юго-Западного фронта под командованием генерал-адютанта Брусилова А.А.,одновременно нанеся удары на нескольких направлениях,прорвали глубоко эшелонированную оборону противника и продвинулись на 65км. В военной истории эта операция получила навание Брусиловский прорыв.
Мой выбор маршал И.С. Конев!
Активный участник Первой мировой и гражданских войн. Окопный генерал. Всю войну от Вязьмы до Москвы и от Москвы до Праги прошел в самой тяжелой и ответственной должности командующего фронтом. Победитель во многих решающих битвах Великой Отечественной войны. Освободитель ряда стран Восточной Европы, участник штурма Берлина. Недооценен, несправедливо остался в тени маршала Жукова.
Знаменитый сподвижник Петра I, граф Яков Виллимович Брюс — одна из самых загадочных личностей в русской истории. Выдающийся ученый, военный и государственный деятель, реформатор и организатор он внёс весомый вклад в становление России. Однако знаменит граф не только этими, несомненно, великими заслугами, но и своей окультно-мистической деятельностью. Фигура графа Якова Брюса ещё при жизни была окутана ореолом таинственности.
С именем этого человека связано множество тайн и легенд. Как только его не называли: алхимик, чародей, колдун, маг и чернокнижник. Ходили слухи, что он создал эликсир вечной молодости, изобрел, вечные часы и даже сконструировал механическую птицу, на которой летал по ночам над Москвой. Поговаривали, что ведал Брюс будущее и судьбы всех людей, владел секретом гипноза («отводил глаза») и постиг чуть ли не все тайны мироздания.
Свои обширные знания Брюс черпал из старинных книг и манускриптов, среди которых были как древнерусские рукописи, так и труды западноевропейских мистиков по астрологии, алхимии, чёрной и белой магии.
Яков Виллимович Брюс родился в Москве 19 апреля 1669 года. Фамилия Брюсов происходила от древнейшего рода шотландских королей. Известнейшим в его роду был король Роберт I Брюс, — освободитель Шотландии, который правил в начале XIV века. Брат Роберта I, Эдуард Брюс, был королём Ирландии и одним из самых влиятельных магистров ордена тамплиеров.
Фамилия Брюсов пустила корни в России, после того как отец Якова, Вильям Брюс, приехал в Россию в 1649 году по приглашению царя Алексея Михайловича и поступил к нему на службу. Он участвовал в двух войнах, получил ранения и за доблесть ему были пожалованы поместья, а 1658 году он был произведен в чин полковника.
Его младший сын Яков Брюс, получил хорошее по тем временам домашнее образование и уже в детстве проявил склонности к математике и естественным наукам. Когда Якову исполнилось одиннадцать лет, умирает его отец, а спустя два года Яков вместе со своим старшим братом Робертом, решает пойти по стопам своего отца и выбирает военную карьеру. Таким образом, не достигнув и пятнадцатилетнего возраста, братья записываются рядовыми в царские «потешные полки» придуманные юным Петром. Видимо именно тогда и произошло его знакомство с молодым государем.
В дальнейшем Брюс будет участвовать в большинстве военных кампаний Петра I (в том числе Крымские (1687, 1689) и Азовские (1695, 1696) компании Петра I), реформирует русскую армию и всю артиллерию, к тридцати пяти годам станет маршалом и за успешное командование русской артиллерией в Полтавской битве 1709 года, — победу которую Петр I назовет триумфом российской артиллерии, — будет удостоен высшей награды Российской Империи, — орденом Андрея Первозванного, а ведь сам Пётр был лишь седьмым кавалером этого ордена. Его брат, Роберт Брюс, также сделает блестящую военную карьеру и станет обер-комендантом Петербурга в чине генерал-лейтенанта.
Пётр I высоко ценил и благоволил к Якову Брюсу, приблизил его к тайнам государства Российского и щедро жаловал ему земли, деньги и титулы. И действительно: перечень титулов и властных полномочий, пожалованных Брюсу государем, впечатляет, — граф, сенатор, президент двух коллегий, генерал-губернатор обеих столиц, генерал-фельдмаршал, — почти сорок лет до самой смерти Петра Великого Брюс был одним из самых приближенных и доверенных лиц государя. Петр I обычно жестоко наказывавший своих подданных за растрату государственных денег, тем не менее, почему-то прощал Брюсу многое, даже вольное обращение с государевой казной. Конечно всё это можно объяснить, тем что Петру, нужен был человек ученый и выдающийся, коим несомненно являлся Яков Брюс, но некоторые исследователи считают, что дело было не только в этом.
Рядом источников утверждается, что между Петром I и Брюсом существовала некая окультно-мистическая связь. Ни для кого не секрет, что Пётр I был страстным приверженцем всего западного и много колесил по Европе в сопровождении приближенных особ с целью перенять европейский образ жизни и науки, чтобы затем внедрить всё это на родине в России. Так вот, наряду с точными науками - например, такими как механика, астрономия и математика, в просвещенной Европе времен Петра существовали и науки мистические - алхимия, астрология, магия и пр. Многие выдающиеся ученые, основоположники точных наук, всерьёз увлекались в то время эзотерическими знаниями. Это был век, когда химия и физика сосуществовала с алхимией, а астрономия и математика с астрологией. Это был век расцвета масонского движения, которое буквально захлестнуло всю Европу. Многие выдающиеся умы той эпохи, знаменитые ученые, состояли в таких масонских ложах. И вот в 1697 году Петр I, отправляет Якова Брюса в Лондон «для математической науки в англицком государстве», где граф пробыл около года, занимаясь в основном астрономией, математикой, навигацией и алхимией. Однако существует мнение, что Брюс имел и другую тайную миссию в Англии. Ему было поручено подготовить всё необходимое для посвящения Петра I в масонскую ложу.Но почему же именно Брюсу было доверено столь важное и деликатное задание? Ответ кроется в истории рода Брюсов, который стоял у истоков зарождения европейского масонства. Ведь в своё время именно королевский дом Брюсов обеспечил спасение и защиту тамплиерам, бежавшим после разгрома и запрета их ордена в Испанию и Шотландию. Королевская семья Брюсов оказывала всяческое покровительство как тамплиерскому движению, так и выросшему из него масонству. Поэтому Яков Брюс имел определенное влияние и пользовался большим уважением у масонов и, будучи сам масоном, имел некоторые связи среди высокопоставленных особ этой закрытой организации, а потому ему не составило труда организовать всё необходимое к прибытию Петра в Лондон.
Именно тогда Брюс заводит новые знакомства с влиятельными членами масонской ложи, среди которых такие выдающиеся ученые как сэр Исаак Ньютон и сэр Кристофер Рен. В дальнейшем Брюс будет вести с ними активную переписку. Вскоре, после того как всё было устроено для посвящения государя в члены «Великой Ложи», по личному приглашению английского короля Вильгельма III, Пётр I посетил Англию в начале 1698 года и в городе Лондоне был принят в масонскую ложу известным высокопоставленным масоном сэром Кристофером Реном.
Вскоре после этого события в том же 1698 году Пётр получив известия о бунте в Москве, спешит на родину. Вместе с ним в Россию возвращается и Брюс. Фактически масонство было завезено в Россию, после этих экспедиций Петра I в Англию, в которых его сопровождал Брюс. Считается, что основателями масонства в России являются Пётр I и его соратники, — Патрик Гордон, Франц Лефорт и как мы уже знаем Яков Брюс.
Сразу после прибытия в Россию Великого посольства 1697-1698 годов, Брюс предложил воодушевленному после посещения Европы царю, спроектировать и построить первое в Москве светское учебное заведение, — школу математических и навигационных наук. Помимо прочего это здание должно было служить штаб-квартирой первой масонской ложи России, учрежденной Петром вскоре после возвращения из Англии, так называемого «Нептуного общества».
 |
Великое множество легенд ходит об этом таинственном сооружении, — его стены были просто пропитаны мистикой. В 1700-1701 годах здесь была создана школа математических и навигационных наук, руководителем которой Пётр I назначил Якова Брюса. В башне Брюс оборудовал свою алхимическую лабораторию и обсерваторию, в которой в 1709 году первый в России наблюдал солнечное затмение. В лаборатории, среди множества алхимических приспособлений и склянок, Брюс проводил свои многочисленные опыты и большую часть времени, нередко работая по ночам. Вскоре среди преподавателей и учеников поползли самые фантастические сплетни и слухи касательно таинственной фигуры их руководителя и его загадочных экспериментах. «Ночь на дворе, а свет-то всё не гаснет в кабинете у графа, — снова Брюс колдует, с нечестью связался», — шептались они. В то время слухи быстро распространялись по Москве и вскоре за графом прочно укрепилась слава колдуна и чернокнижника.
Особенно сторонился Сухаревой башни простой люд. Говорили, что по ночам из лаборатории графа доносились жуткие нечеловеческие стоны, а в полночь Брюс выпускал с обсерватории своих механических чудищ, — железных птиц с человеческими головами, которые летали над Москвой и наводили ужас на припозднившихся прохожих. А иногда и сам граф, обратившись в ворона, летал над спящим городом. Ходили слухи, что он создал этих монстров с помощью черной магии, а по ночам запершись в своей лаборатории, проводил жуткие эксперименты над людьми, — соединяя их с механизмами и используя свои алхимические познания, он пытался получить гомункула .
Конечно, всё это в основном городские легенды и страшные истории, вот что писал по этому поводу Лев Толстой: «Вся чудесность Брюса состояла в разносторонних энциклопедических знаниях, что и пугало простой народ, которому было невдомек, как это обыкновенный человек мог знать столько премудростей!»
Но, как известно любая легенда, как правило, содержит хоть какую-то долю правды. В случае с Брюсом эта правда заключалась в том, что он действительно был алхимиком и практиковал белую и чёрную магию. В доказательство этому остались документальные свидетельства, сохранившиеся рукописи и книги из библиотеки Брюса, среди которой были книги по колдовству, черной и белой магии, а также различные алхимические приспособления и приборы из лаборатории графа. Что же касается механических чудищ, то и тут есть доля правды, дело в том, что Брюс, будучи гениальным механиком, создавал весьма необычные по тем временам летательные аппараты, похожие на самолёты. Об этом свидетельствуют сохранившиеся чертежи найденные в Сухаревой башне.
Были у него и другие удивительные механизмы. Будучи выдающимся алхимиком и механиком, помимо прочего он действительно пытался создать гомункула и, по-видимому, преуспел в этом. Вот как описывали этого «искусственного человека», очевидцы, гостившие у Брюса:
…За ужином собравшимся гостям подавала молодая красивая девушка.
- Какая замечательная служанка, — заметил один из гостей, — но почему же она всё время молчит, неужели она немая?
- Вовсе нет. — ответил Брюс. — Просто она не рожденная, — я сам создал её.
При этом все движения девушки были грациозны и мягки, стороннему наблюдателю было бы трудно заподозрить, что перед ним не живой человек, а механический. Но стоило графу вынуть заколку из её волос, как служанка тотчас застывала неподвижно.
Кроме того, как и любой другой уважающий себя алхимик, Брюс был занят поиском эликсира вечной молодости и долголетия, а также получением философского камня, некоего твёрдого или жидкого вещества способного превращать простые металлы в благородные, такие как золото и серебро. В одной из легенд о графе говорится, что ему удалось получить эликсир бессмертия, — «живую воду», которая творила настоящие чудеса. Согласно этому преданию Брюс, экспериментируя с живой и мёртвой водой, приказал однажды своему турку-слуге, разрубить себя мечом на четыре части, закопать в саду и затем поливать это место три дня и три ночи из склянки которую он даст, а на четвёртый день откопать. Слуга послушался и выполнил приказ графа. Но на третий день Брюс срочно понадобился царю. Его искали, но негде не могли найти. Тогда царь вызвал к себе его слугу и тот, упав на колени, во всём признался. Отправились в сад, раскопали яму, а там собравшихся ждало настоящее чудо, — граф не только был жив, но и абсолютно не вредим, — тело колдуна срослось, — он лежал и преспокойно спал.
В своей обсерватории расположенной на самом верху Сухаревой башни помимо чисто научных наблюдений, граф составлял астрологические гороскопы, предсказывал судьбу и грядущие события по звёздам. Его называли царским «звездочётом» и говорили, что Брюс: «волшебством занимался, и все знал: и насчет месяца, солнца, и по звездам умел судьбу человека предсказать. Наставит на небо подзорную трубу, посмотрит, потом развернет свои книги и скажет, что с тобой будет. И как скажет, так и выйдет – точка в точку…»
Пожалуй, наибольшую славу Брюсу-астрологу принёс его знаменитый «Брюсов календарь». Вообще говоря это был больше чем просто календарь, скорее настоящая энциклопедия. Казалось, что он был написан абсолютно на все случаи жизни, с указанием различных событий, примет, предсказаниями и советами на многие годы вперёд. Гадательный характер этого астрологического календаря предопределил его грандиозную популярность и укрепил слухи о Брюсе как прорицателе.
Первые странички календаря вышли через три года, после того как Пётр I передал Брюсу в 1706 году Московскую гражданскую типографию. Этот «вечный» календарь содержал предсказания на каждый день на 112 лет вперёд! Поэтому неудивительно, что «Брюсов календарь» стал самым популярным в России и оставался таким более двух веков, — он был известен даже в советские времена. По отзывам современников, он содержал удивительно точные предсказания и, хотя первоначально эти предсказания охватывали временные рамки лишь до 1821 года, в последующих переизданиях они были дополнены вплоть до XX столетия. Даже в наше время некоторые знахарки используют этот календарь для вычисления судеб.
Ещё задолго до смерти государя Петра Великого, Брюс, составив его астрологический гороскоп, предостерегал царя от воды, но разве мог такой своенравный человек как Пётр I послушать кого-либо? Спустя годы Пётр полез в ледяную воду, спасая севший на мель бот с солдатами, вскоре после этого случая он заболел пневмонией и умер. Однако сам Брюс, не поверил, что всему виной была банальная пневмония, которая так быстро унесла физически крепкого царя, ведь в его гороскопе не было упоминания о столь быстрой и неожиданной смерти, только лишь о тяжёлой болезни, которая могла подорвать здоровье государя, но должна была закончиться его выздоровлением. Граф считал, что в судьбу Петра вмешались и помогли ему умереть, попросту говоря, отравили. Предсказал граф и свою смерть.
Уже, после того как снесли Сухареву башню, вспомнили, как Брюс предсказывал, что после его смерти она будет разрушена. Он с большой точностью предсказал дату пожара в своей усадьбе Глинки, которая к тому времени принадлежала Мусиным-Пушкиным, предрёк убийство императора Павла I и победу над Наполеоном. Москвичи вспоминали, что за день до того как армия Наполеона вошла в Москву в лапах медного двуглавого орла, венчавшего Сухареву башню, запутался ястреб, — так и издох он на глазах у собравшегося народа. Тогда то люди вспомнили предсказания Брюса, а ястреба погибшего от двуглавого орла посчитали за знак, который для многих москвичей тогда стал символом победы над Наполеоном.
Было у Брюса и магическое зеркало, через которое он якобы общался с мёртвыми и мог видеть будущее. Подобное зеркало (а быть может то самое?), изготовленное графом, хранится в Эрмитаже, правда никому не удавалось пообщаться через него с умершими или увидеть будущее, как это делал Брюс, да и вряд ли кто пытался. И, тем не менее, даже как музейный экспонат зеркало с клеймом Якова Брюса преподносит сюрпризы. Дело в том, что в те времена все зеркала делали из металла, который начищали до блеска и пользоваться ими, как правило, можно было не более двух-трех лет, а зеркало Брюса словно заколдованное, вот уже более двухсот лет оно сохраняет свой первоначальный вид и по прежнему годится к употреблению.
Там же находится фрагмент некогда огромного 18-метрового телескопа Якова Брюса, через который он, будучи астрономом и астрологом наблюдал за небесными телами и звездами. Трудно представить, сколько времени требовалось, чтобы подготовить такой большой астрономический инструмент к работе, однако, судя по всему, Брюс, будучи гениальным механиком и изобретателем, легко справлялся с этой задачей.
 |
Говорят, что перед смертью Брюс замуровал «Чёрную книгу», где-то в Сухаревой башне, в потайной комнате на которую наложил особое заклятие, «магический замок», чтобы не попала книга и тайные знания, содержащиеся там, в руки посторонних людей. Быть может, этому сказанию дала повод чугунная доска, на которой были перечислены имена членов и правила таинственного «Нептуного общества» и которая якобы была замурована в восточную стену зала.
Ведь именно в Сухаревой башне по ночам собиралось «Нептуново общество», тайный царский совет и первая российская масонская ложа, члены которой увлекались магией чародейством и астрологией, и в которую помимо Петра I входили его приближённые, первые лица государства. Среди них были Меньшиков, Шереметьев, Голицын, Лефорт, Апраксин ну и, конечно же, Брюс. Именно он, Яков Брюс, согласно преданию возглавил «Нептуново общество» сразу после смерти Лефорта в 1699 году. В народе шептались, что царь, окружив себя иноземцами, творит теперь с ними в башне дела «богомерзкие» и «нечестивые», общается с сатаной и занимается колдовством. Тем не менее, считалось, что Сухарева башня оберегала масонов, и словно в подтверждение этому, спустя почти век, после описываемых событий, в стенах Сухаревой башни, на суде, который тогда там заседал, был оправдан Новиков, обвинённый Екатериной II в организации против неё масонского заговора.
Однако чем же на самом деле могла быть «Чёрная книга» и была ли она вообще? Конечно, пока она не найдена трудно сказать обладала ли она теми магическими свойствами, которые ей приписывают легенды, достоверно это неизвестно. Но всё же почти наверняка можно сказать, что эта книга существовала. Ведь должна же была быть у астролога и алхимика тетрадь, в которую он записывал результаты своих экспериментов, алхимические рецепты и формулы. Возможно «Чёрная книга» и была такой «записной книжкой» колдуна Якова Брюса и быть может помимо исследований самого Брюса, она содержит и другие более древние знания его предшественников? Что ж вполне возможно, так как известно, что колдовские книги часто передавались в роду колдунов из поколения в поколение, либо от учителя к ученику. Трудно сказать, какие сакральные знания могли содержаться в этой книге, если она действительно такая древняя как ей приписывают это легенды. Однако на её страницах наверняка содержатся описания экспериментальных попыток графа получения философского камня, гомункула, эликсира долголетия и многого другого… Кто знает, возможно, графу удалось раскрыть секрет жизни и смерти, тогда всё это должно быть записано на страницах его «Чёрной книги».
Но если это так, то где мог Яков Брюс спрятать свою колдовскую книгу? Её поиски начались сразу же после смерти Брюса, ищут её и сейчас, увы, пока безуспешно. Одно из этих мест, возможно, находится в Санкт-Петербурге, городе, в котором Яков Брюс прожил около десяти лет. Сохранилось завещание графа, в котором он просил отдать свой огромный научно-эзотерический архив, крупнейшую частную библиотеку того времени, в библиотеку Российской Императорской Академии Наук, но кое-что перепало и Эрмитажу. Большую часть библиотеки Брюса, — переводы и подлинники древних учёных, астрономов, алхимиков и поэтов, старинные манускрипты, — удалось сохранить. Но, к сожалению, среди многих сотен томов из уцелевшей библиотеки Брюса, «Чёрная книга» так и не была найдена.
Уже в 1763 году библиотекой Якова Брюса и его «Черной книгой» заинтересовалась сама императрица Екатерина II, которая пожелала заказать некоторые рукописи графа. Однако на её запрос академический библиотекарь Тауберт, ответил, что: «…свёртка с книгами и бумагами он не нашёл…», а некоторые записи и вовсе, если верить невнятным оправданиям тогдашних библиотекарей были ими уничтожены «яко не годные». Екатерина не поверила Тауберту и на полях с его объяснениями, иронически написала: «Кто ж выкрал?». Кто выкрал - неизвестно и по сей день, однако возможно, что среди пропавших рукописей была и «Черная книга». В библиотеке Академии Наук её так и не нашли, а ведь она должна была быть, записная книга исследователя, алхимика и мага. Должен же был Брюс где-то хранить записи своих ценных открытий и наблюдений, добытые рецепты и тайные знания. Ведь были у него книги по колдовству, чёрной и белой магии, и магические предметы, такие как волшебное зеркало, через которое граф общался с давно умершими людьми и мог видеть будущее, или Соломонова печать, — пара пересеченных треугольников в которое были заключены не чистые духи. Конечно, можно сомневаться в существование всех этих предметов, но только не «Чёрной книги».
Однако есть ещё несколько мест, где Брюс мог спрятать свою магическую книгу.
Во-первых, как мы уже знаем, это сама Сухарева башня в стенах которой, дескать, чернокнижник и замуровал свою книгу. Очень жаль, ведь если это так, то, скорее всего, «Черная книга» навсегда утрачена. Дело в том, что, как и предсказывал Брюс, Сухарева башня была разрушена. Произошло это событие в 1934 году, когда по решению советского правительства башню было решено снести, так как якобы она мешала движению транспорта. Инициаторами сноса были Сталин и Ворошилов. Несмотря на протесты многих архитекторов, к сносу приступили немедленно и с необычной спешностью. Явная надуманность причины сноса этого редчайшего памятника архитектура Петровской эпохи, и то, как происходил сам снос, вызвало массу сплетен. Дело в том, что Сухареву башню не взорвали, как это происходило в те времена со многими другими сооружениями и храмами, пошедшими под снос, а разобрали, буквально по кирпичику... Вывод напрашивался сам собой, — там явно что-то искали, — что-то очень важное. И нашли. Но, увы, среди различных рукописей, книг, манускриптов, эзотерических трудов, принадлежавших Брюсу, а также приспособлений и механизмов, алхимической утвари и чертежей, не было самого главного, - «Чёрной книги».
Вообще ученые обратили пристальное внимание на Сухареву башню ещё за девять лет до её сноса. Именно тогда молодая советская власть начала что-то искать в Сухаревой башни и её подземельях. В декабре 1925 года члены комиссии «Старая Москва»: археолог И. Я. Стрелецкий, который посвятил всю жизнь поискам библиотеки Ивана Грозного, краевед О. И. Пенчко и архитектор Н. Д. Виноградов провели обследования подземелий Сухаревой башни и обнаружили там пять замурованных подземных ходов, которые предположительно вели к дому Брюса на 1-й Мещанской улице. Однако исследования были прерваны.
Тем не менее, было высказано мнение, о том, что утраченные рукописи Брюса и его колдовские книги и предметы, среди которых могли находиться «Книга Севилл», «Чёрная магия», «Русское кудесничество» и легендарная «Чёрная книга», как и говорилось в преданиях, замурованы где-то в этих подземных ходах. Там же возможно были спрятаны и чародейные предметы Брюса, такие как волшебное предсказательное зеркало и Соломонова печать.Это меняло дело, ведь если «Чёрная книга» была замурована в стене Сухаревой башни, то вероятно она погибла вместе со зданием, однако если Брюс спрятал её где-то в подземельях под Сухаревой площадью, тогда она и другие утраченные рукописи могли уцелеть. Все эти выводы дали надежду учёным и чёрных археологам, которые в 90-е годы прошлого века вновь предприняли попытку отыскать как библиотеку Брюса, так и легендарную библиотеку Ивана Грозного. Согласно легендам один из этих подземных ходов, был прорыт ещё при царствование Ивана Грозного и соединял Кремль со Сретенские воротами, то есть, с тем самым местом, где позже была возведена Сухарева башня. Но поиски оказались безрезультатными, ни одна из библиотек не была найдена.
Поиски утраченных «чародейных» книг и предметов Брюса и в частности его «Черной книги» идут и по сей день. Современные исследователи выделяют, и другие места, где могут быть спрятаны эти предметы.
Дом, в котором жил Яков Брюс находился на Мещанской улице, - сегодня это Проспект Мира. Это тот самый дом, который был расположен недалеко от Сухаревой башни и соединялся с ней подземным ходом. Однако сам дом многократно перестраивался и от старого места, где жил Брюс сегодня практически ничего не осталось. Был и ещё один собственный дом Брюса в Москве, где могла быть спрятана «Черная книга», известный в народе как дом на Разгуляе. Хотя на самом деле дом числится по Спартаковской улице (старое название Елоховская) и во всех московских справочниках адрес дома значился Елоховская-2. Но и тогда и сегодня москвичи упорно продолжают называть его домом на Разгуляе. И хотя Брюс действительно жил на этом самом месте, дом который находится на Разгуляе сегодня, был построен уже после его смерти. Однако множество тайн и легенд связано как с этим местом, так и с домом Брюса на Разгуляе.
Одна из московских легенд гласит, что перед самой смертью Петра Великого, Брюс по его повелению изобрёл волшебные вечные часы, которые будто бы показывали, когда начинать войны сулящие победу и славу, и где искать богатств и сокровищ. Завёл он их, а ключ выкинул в реку. И шли с тех пор часы не останавливаясь, — долго шли. Уже не стало Петра Великого, для которого они были сделаны, ушёл из жизни и сам их изобретатель, а они всё не останавливались. Но те первые часы пропали и неизвестно где их искать. Говорят, что пропали они, после того как ими заинтересовалась императрица Екатерина Великая. Дескать приказала она своим лучшим часовщикам разобрать их чтобы выяснить секрет этих вечных, волшебных часов. Часы разобрали, а вот собрать обратно не сумели.
Однако известно, что были и другие часы, которые заказал у Брюса один богатый барин с Разгуляя. Хотел он заколдованные часы, подобные тем, что у царя были и чтобы не время они показывали, а путь к славе и богатству. Брюс поначалу отказывался, но барин продолжал настаивать и готов был отдать за работу любые деньги. Ходят слухи, что Брюс все же взялся за этот заказ, но так долго колдовал над часами, что заказчик к тому времени как они были готовы помер, но завещал своим наследникам расплатится с графом, когда часы будут готовы. Однако наследники отказались заплатить Брюсу и подняли его на смех. Осерчал тогда Яков и сказал: «Пусть будут прокляты эти часы и только плохое показывают». С тех пор часы эти стали приносить одни несчастья, тем, кто смотрел на них. Часы были установлены на доме Брюса, в особой доске с нанесенными на неё астрологическими и магическими символами. Говорили, что эта доска-ребус ничто иное как карта, указывающая путь к несметным сокровищам графа. Так же ходили слухи, что человек разгадавший символы на доске, сможет обнаружить скрытую комнату в доме Брюса, где и находятся его сокровища, «Черная книга» и другие утерянные рукописи графа. Легенды утверждают, что там может находиться даже тело самого Брюса. Комнату много раз пытались обнаружить, — но безуспешно.
Как бы там ни было, а легенда о спрятанных где-то сокровищах графа не давала покоя многим москвичам. Приходили такие искатели приключений к этому дому и долго, словно зачарованные смотрели на проклятые часы и доску-ребус, стараясь отгадать эту загадку. Смотрели, а потом сходили с ума, так ничего и не найдя. В результате московские власти не на шутку напуганные таким разгулом душевных болезней приказали доску снять, а место где она висела забелить, чтобы и следа не осталось. Но говорят, что след всё равно остался и те, кто долго смотрели на то место, где раньше висела доска с часами, будто бы видели, как знаки ребусы проявлялись прямо на штукатурке.
Еще одно место, где могла быть спрятана «Чёрная книга» Брюса, это его имение в Глинках. Брюс приобрёл это отдаленное имение вследствие определенных жизненных обстоятельств, которые сложились после смерти Петра Великого и начавшегося передела власти.
28 января 1725 года, Брюс исполняет обязанности главного распорядителя на похоронах Петра I. Сразу после смерти царя начинается борьба за власть в стране и на местах, интересы Брюса задеты, он ближайший соратник Петра, понимает, что стал опасен и нежелателен для новой власти, слишком уж много дворцовых тайн ему известно. В стране Екатериной I недавно учреждён новый государственный орган, — Верховный тайный совет, — в его состав входят серые кардиналы России во главе с Меньшиковым. Фактически этот совет, а не Екатерина I, управляет страной и решает важнейшие государственные дела. Брюса не включают в состав совета и тем самым красноречиво дают понять, что он не нужен новой власти. Через год после смерти Петра, Брюс уходит в отставку в чине генерала-фельдмаршала. Вместе с женой он спешно покидает столицу, переезжает в Москву и 24 апреля 1727 года покупает у князя Долгорукова сельцо Глинково расположенное в 42 верстах от Москвы «с вотчинковым двором, с хорошим гуменным и со всяким строением деревню Вочутену, Кабанову, Мишукову, Грамликову».
 |
|
|
Научные исследования и изобретения графа, его нелюдимость и замкнутость в последние годы жизни, порождали любопытство и суеверный страх у окрестных жителей, начали рассказывать, что откуда-то из заморских краёв привезли Брюсу дракона, но однажды Яков рассердился на него и превратил в камень. Действительно в парке графской усадьбы Глинки стояла каменная скульптура мифического существа покрытого чешуёй, но, к сожалению, сегодня следы дракона, как и многих других скульптур из графской усадьбы найти не удалось, — в 30-е годы они были разрушены, а материалы использовали для строительства плотины.
В другой легенде говорится о том, что Брюс удивлял гостей, когда в самую жаркую погоду с помощью какого-то заговорного слова он вдруг превращал пруд в каток. Современные ученые попытались объяснить этот эффектный трюк так: зимой лед покрывали слоем опилок и глины, затем его аккуратно вырубали по периметру пруда, воду спускали, и лед опускался на дно где и хранился до лета. Летом же лед очищали от опилок и глины и таким образом, в жаркий летний день можно было кататься на коньках.
В Глинковской усадьбе Брюса существуют и другие тайны. Например, это система подземных ходов, которые видимо, расположены под усадьбой, однако были замурованы сорок лет назад. Поэтому исследования там еще не проводились и возможно подземелья хранят в себе еще много загадок, — кто знает, быть может «Черная книга» находится именно там. Единственное место, где есть спуск в подземелье, это подвалы под разрушенным храмом усадьбы, но дальше проход замурован.
В Глинках Яков Брюс прожил около десяти лет. Всё это время он опасался, что Меньшиков и Екатерина I не оставят просто так его в покое, ведь он будучи приближенным к Петру I человеком оставался верным государю до самой его смерти и теперь стал для них опасен. Граф, будучи человеком сведущим в медицине не поверил, что царь умер вследствие болезни и считал, что против Петра был заговор.
Вскоре после смерти Петра вокруг Брюса начали происходить какие-то таинственные события, - погибали совершенно загадочным образом все приближенные графа.
Отъезд в отдаленное имение Глинки отчасти был попыткой изменить свою судьбу. Ведь он то астролог и предсказатель, Яков Брюс, знал, как закончится его жизнь. Много лет назад, Брюс составил свой гороскоп и «вычислил» свою судьбу и смерть. Но однажды другой гороскоп, составленный им не менее тщательно для Петра I, дал осечку, из-за того, как считал Брюс, что в судьбу государя вмешались. Перед смертью Пётр I не успел назвать преемника, написал только «оставляю всё» и умер. Есть предположение, что Брюс был единственным человеком, среди приближенных государя который знал имя наследника.
Итак, к числу прежних наших предположений о содержании «Черной книги» можно прибавить и возможные записи о причинах неожиданной смерти Петра Великого, гороскоп царя и конечно гороскоп самого Брюса, предсказание его собственной судьбы.
В принципе, графа могли отравить в любую минуту, например кто-то из слуг в имении. И действительно, Брюс умер при весьма загадочных обстоятельствах, так и не ясно от чего. Скончался Яков Брюс в день своего рождения 19 апреля 1735 года и был похоронен в немецкой слободе в кирхе Святого Михаила.
В 30-е годы 20-го века в Лефортово велось строительство ЦАГИ — аэрогидродинамического института, неожиданно рабочие наткнулись на незнакомый древний склеп. Когда крышку приподняли, обнаружили остатки мужчины, — на нем был камзол расшитый золотыми нитками и звезда, — орден Андрея Первозванного. По всей вероятности это был склеп самого Якова Брюса. Останки Брюса отдали в антропологическую лабораторию Герасимова, но они таинственным образом оттуда исчезли. Во время работы и систематизации ярлычок с именем Брюса был просто утерян, и найти его останки среди сотен других стало не возможно.
Что ж быть может большинство слухов о графе не более чем городские легенды. Выдающийся ученый, алхимик и естествоиспытатель Брюс слишком уж опережал свое время, а народная молва, суеверия и предрассудки легли в основу многочисленных мифов и легенд о колдуне и чернокнижнике Якове Брюсе. Как бы там ни было, а вся жизнь графа была окутана таинственным и мистическим ореолом. Легендарная «Чёрная книга» и другие утраченные рукописи Брюса подогревают интерес исследователей по сей день, — и кто знает, какие еще сюрпризы и загадки может преподнести нам в будущем колдун из Сухаревки.
Ижевский Космоцентр,
|
|||||||||||||||||||||
|
|
|
||
Фигура легендарного сподвижника Петра I Якова Брюса вызывала немало толков и при его жизни, и после смерти. Так или иначе, но точно известно, что это был один из образованнейших людей России на тот момент, владевший крупнейшей научно-технической библиотекой, насчитывавшей около 1500 томов. Яков Виллимович Брюс, сын шотландского дворянина, в середине XVII в. Вместе с двумя сыновьями перебрался в Россию и начал военную службу в Потешном полку Петра Первого. Свою верность царю граф Брюс доказал еще во время Стрелецкого бунта, когда пришел ему на выручку в Троице-Сергиевом монастыре.
Он дослужился до звания генерал-фельдцехмейстера - начальника артиллерии российской армии. Известно, что этот род войск сыграл решающую роль в битвах под Нарвой и в Польше. Кроме того, Брюс являлся президентом Берг-коллегии и Мануфактур-коллегии, а также основателем знаменитой Навигацкой школы. Сподвижника Петра I привлекали различные науки. Ему удалось достичь успеха во многих областях: филологии, дипломатии, педагогике, переводах… Но особый интерес у него вызывала астрономия и астрология. Для своих занятий Брюс облюбовал знаменитую Сухареву башню, где прежде располагалась Навигацкая школа. Он часто работал по ночам, за что его и прозвали за глаза колдуном и чернокнижником.
«Яшкина баба»
Москвичи издавна обходили стороной стрелецкую казарму, в которой располагалась часть полковника Сухарева, - бесшабашные стрельцы могли спьяну и деньги отобрать, а то и голову проломить. Но с куда большей опаской горожане стали относиться к Сухаревой башне, когда там поселился Яков Брюс и организовал по велению царя школу математических и навигационных наук. А на последнем этаже устроил обсерваторию. Светящееся каждую ночь окно обсерватории быстро уверило москвичей в том, что дело здесь нечисто.
Свечной торговец Алексей Морозов, например, утверждал, что как-то в сумерках сам видел, что из окон астронома вылетают железные птицы, делают несколько кругов вокруг здания и потом возвращаются обратно. Следующей ночью купец вернулся к башне вместе с домочадцами. В кабинете Брюса горел свет, в окне маячила фигура графа, из башни доносились чьи-то надрывные стоны. Вдруг одно из окон отворилось, и оттуда вылетели три железных чудовища с человеческими головами. Вне себя от ужаса Морозов с домочадцами мчался по ночному городу подальше от страшного места. И вскоре по городу прошел тревожных слух - лютеранин из Сухаревой башни общается с нечистой силой и с ее помощью превращает живых людей, чьи стоны и разносятся по окрестностям, в летающих железных драконов.
В этой истории, описанной собирателем московских легенд Павлом Богатыревом еще в XIX веке, есть доля правды, - говорит доктор исторических наук Зинаида Татарская. - В Сухаревой башне Яков Брюс работал над созданием летальных машин. Неизвестно, поднялись-таки его самолеты в воздух или нет, но сохранившиеся чертежи действительно напоминают чертежи современных самолетов. Эти бумаги сейчас находятся в Российской академии наук. К сожалению, часть ценных документов бесследно исчезла в тридцатые годы. По одной из версий, их выкрали немецкие шпионы и потом по чертежам Брюса фашисты сделали свои непобедимые истребители «мессершмиты».
Как любой уважающий себя чернокнижник, Брюс пытался разгадать тайну жизни и создал искусственного человека. Тот же Павел Богатырев записал впечатления современников Брюса, будто колдун обзавелся «механической куклой, которая умеет говорить и ходить, но не имеет души». Железная горничная прислуживала графу в его обсерватории. Когда же Яков Брюс ушел в отставку и покинул город, он увез ее в свое подмосковное имение Глинки. Там кукла свободно разгуливала среди причудливо стриженных лип и кокетничала с крестьянами. Крепостные графа, завидев куклу, сначала разбегались, но потом привыкли к ней, и между собой называли «Яшкиной бабой». - И в этом есть доля правды, - говорит директор музея Якова Брюса в Глинках Александр Филимон. - После смерти Брюса среди его бумаг историки нашли схему механического робота.
Волшебная книга Брюса
Заступив на службу к Петру, Яков Брюс начал быстро и стремительно подниматься по государственной лестнице. Он возглавил всю русскую артиллерию, в тридцать лет получал чин генерал-фельдцейхмейстера, участвовал во всех военных походах царя. Петр брал просвещенного иноземца на важные дипломатические переговоры. Яков Брюс стал первым кавалером главной награды империи - ордена Андрея Первозванного. В благодарность за царские почести Петр просил графа дать почитать его волшебную книгу, которая, по слухам, когда-то принадлежала самому царю Соломону. «У Брюса была такая книга, которая открывала ему все тайны, и он мог посредством этой книги узнать, что находится на любом месте в земле, мог сказать, у кого что где спрятано... Книгу эту достать нельзя: она никому в руки не дается и находится в таинственной комнате в Сухаревой башни, куда никто не решается войти», - описал одну из главных загадок Якова Брюса беллетрист Богатырев. Однако Брюс неизменно отвечал, что никаких таинственных книг, кроме «Философии мистики» на немецком языке, у него нет.
Когда в 1735 году колдун умер, таинственную книгу попыталась найти императрица Екатерина I. Она обыскала обсерваторию и перевернула его научный архив, хранившийся в Академии Наук. Но тщетно - волшебной книги нигде не было. Однако императрица, видимо, имела основания верить в существование таинственного фолианта. И чтобы никто другой не смог его найти, повелела поставить у башни караул. Эту охрану поначалу не рискнули снять даже большевики. Только в 1924 году пост у Сухаревой башни распустили, и открыли в обсерватории Брюса музей коммунальных услуг. Брюс пугал москвичей и после смерти. Его тело уже было погребено в склепе у лютеранской кирхи Св. Михаила в Немецкой слободе, но каждую ночь в обсерватории по-прежнему загорался свет. Москвичи говорили, что это дух колдуна охраняет свою магическую книгу. Кстати, по легенде, Брюс скончался также необычно, как и жил. Рассказывали, что колдун погиб во время опытов у себя в поместье в Глинках. Будто бы Брюс велел слуге разрезать себя на части, а потом полить волшебным эликсиром вечной молодости, сделанным по рецепту той самой книги. Опыт практически удался. Но когда части тела расчлененного графа стали срастаться, в лабораторию ворвалась жена Брюса, убила слугу и похитила эликсир. Неприкаянный дух же убитого вместе с книгой переместился в Сухареву башню.
Сухареву башню, в отличие от других памятников архитектуры, уничтожали долго и кропотливо, - рассказывает Зинаида Татарская. - Сталин, как и многие тираны, увлекался мистикой и хотел отыскать книгу Брюса. Он велел разбирать башню по кирпичикам и все содержимое относить лично ему. Но книгу так и не нашли. Разгневанный тиран отдал приказ взорвать останки башни. Присутствовавший при уничтожении архитектурного памятника Лазарь Каганович потом говорил Сталину, что видел в толпе высокого, худого человека в парике, которые погрозил ему пальцем, а потом испарился. Но некоторые научные труды Брюса вождь всех народов все-таки нашел и использовал их при строительстве современной Москвы. Могилу Брюса тоже уничтожили при реконструкции старой Москвы. В тридцатые годы на улице Радио стали разбирать кирху и обнаружили в склепе гроб с телом графа. Его опознали по фамильному перстню. Останки колдуна передали в лабораторию антрополога и скульптора Герасимова. Но останки бесследно исчезли - остались лишь перстень, кафтан и камзол Брюса. Одежда сейчас - в фондах Государственного Исторического музея. А перстень чернокнижника затерялся во времени.
Метро шотландца
Но, как ни странно, сам Яков Вилимович Брюс обладал скорее скептическим, чем мистическим складом ума. По свидетельству одного из современников, Брюс не верил ничему сверхъестественному. И когда Петр показывал ему нетленные мощи святых угодников в новгородской Софии, Брюс «относил сие к климату, к свойству земли, в которой прежде погребены были, к бальзамированию телес и к воздержанной жизни». Потомок шотландских королей тяготел к естественным наукам.. Одним из таких научных достижений графа стала первая карта российской территории от Москвы до Малой Азии. Он также составил астрологическую и геолого-этнографическую карты города.
Первым астрологической картой Брюса воспользовался Иосиф Сталин, - рассказывает столичный экскурсовод Ирина Сергиевская. - Сохранились документы, в которых Сталин велел, чтобы метро строили по астрологической карте, составленной графом. Поэтому на кольцевой линии всего 12 станций, как 12 знаков Зодиака. И 13-ю, «Суворовскую» никак не удается построить. Именно Брюс утверждал, что Москву надо строить по принципу кругов - это самая надежная геометрическая фигура. Кстати, Санкт-Петербург, где нет кольцевой структуры, он не любил. Есть версия, что большевики, прокладывая дороги на месте садов и вдоль бульваров, пользовались его астрологическим завещанием. Так появились современные Садовое и Бульварное кольца.
Геолого-этнографическая карта не сохранилась. Она исчезла в середине прошлого века, но ее описания есть в Академии Наук. Например, Брюс еще в XVIII веке утверждал, что нельзя вести плотную застройку на Дмитровке - там под землей много пустот. К нему не прислушались и дома на этой улице уже проваливались. Не стоит строить высоких домов на набережной Москвы-реки, говорил он, в районе Воробьевых гор - возможны оползни. И построенное вопреки предостережению Брюса новое здание Академии наук стали укреплять сразу же после постройки, пытаясь остановить угрозу обрушения. Но зато это место на карте Брюс пометил как самое подходящее для учебы, и потому на Воробьевых горах при Сталине начали строить новое здание МГУ.
Жить лучше всего в Кузьминках, утверждал Брюс, а веселиться на Пресне. Самым подходящим для развлечения и пьянства местом исследователь считал землю, на которой построен Белый дом. Откровенно гиблых места на карте Москвы два - Перово и начало Кутузовского проспекта. Здания под землю там не проваливаются, но гаишники называют эти места бермудскими треугольниками - за сутки здесь происходит больше дорожно-транспортных происшествий, чем во всех других районах вместе взятых.
По следам чернокнижника Брюса
Ирина Сергиевская экскурсовод туристической компании «Ванд интернэшнл» полтора года водит экскурсию «По следам чернокнижника Брюса» и каждый раз с ней происходят какие-то удивительные истории.
Первый раз, когда я собиралась проводить экскурсию по Брюсу, у меня дома на лестничной клетке загорелся электрощит. Потом я застряла в лифте, потом потерялся экскурсионный автобус, а потом уже привыкла, что, как только возникает имя Якова Брюса, должно что-то произойти. Экскурсию Ирина начинает с Гранатного двора (возле Крутицкого подворья), где когда-то находлись артиллерийские ряды, возглавляемые шотландцем. В этом месте, говорит Ирина, на них набрасывается черная собака. Она появляется непонятно откуда, злобно лает на людей, и исчезает также неожиданно, как и появилась. Потом госпожа Сергиевская везет людей на Спартаковскую улицу, где стоит дом колдуна. На доме когда-то были нарисованы часы, по которым якобы можно было найти сокровища Брюса.
Очень много людей сошли с ума, разыскивая клад чернокнижника, и часы стерли. - рассказывает Ирина. - Там на нас обычно налетает стая ворон, как будто хочет прогнать от дома. У Сухаревской площади к автобусу все время подходит странный человек в кожаном пальто и начинает щипать женщин. Я пару раз звала милицию, но незнакомец сразу же исчезал. Ирина уверена, что все это - проделки чернокнижника Брюса. Современные деятели оккультных наук с экскурсоводом полностью согласны.
После уничтожения башни дух графа перебрался в свое имение в Глинках, где его неоднократно видели пациенты военного санатория Монино, - говорит столичный магистр черной и белой магии Анжела Скубелко. - Я часто вступаю с Брюсом в астральную связь, и последний раз он сказал мне, что перебирается в Москву - будет ждать, пока восстановят башню. Пока же этого не произошло, он гуляет по улицам. Но бояться его не стоит, при жизни шотландец был добрым человеком.
До вчерашнего дня я воспринимала эти рассказы как результат глубокого погружения в мистическую тему моих собеседниц - мало ли совпадений. У нашего метро, например, постоянно ходит робкий извращенец, пристающий к одиноким женщинам, во дворе живет злобная собака, которая на всех бросается. А про отношение ворон к моей машине я просто промолчу. И заметьте, Брюс в Беляеве никогда не бывал. Но вчера, когда я за завтраком сопоставила все это и убедилась, что мистические рассказы про московского колдуна - обыкновенная брехня, на кухне разом обвалилась шесть плиток. Интересно, что бы это могло быть?
Поместье Глинки
После смерти Петра граф оказался не у дел, подал прошение об отставке и перебрался в купленное им под Москвой поместье Глинки. Здесь он построил по собственному проекту дом и начал вести астрологические наблюдения, изучая звезды и их влияние на судьбы человечества и отдельных людей. Место было выбрано Брюсом не случайно. Усадьба располагалась между реками Ворей и Клязьмой, на живописном полуострове, со всех сторон защищенном непроходимыми лесами и болотами. На ее территории находились древние подземелья и галереи, тянувшиеся на несколько километров. Планируя строительство, Брюс не только сохранил древние галереи, но и проложил несколько новых, соединив все здания усадьбы потайными ходами. О его пребывании в Глинках ходила масса легенд. Так, рассказывают, что гости, приехавшие в усадьбу, днем катались по пруду на лодках, а вечером, после фейерверка, пруд превращался в каток, и все становились на коньки… Предшествовал чуду будто бы взмах волшебной палочки графа. Говорили также, что Брюс мог вызывать бурю и гром среди ясного неба, летать на «железной птице»… Но скорее всего, это лишь мифы.
Яков Брюс скончался 19 апреля 1735 г. Похоронили его в кирхе Святого Михаила в московской Немецкой слободе. В 1929 г., перед сносом храма, могилы были вскрыты. В одной из них обнаружили останки, облаченные в хорошо сохранившиеся кафтан и камзол. Уцелела и нашивка ордена Андрея Первозванного. По ней определили, что это и есть сам Брюс: в свое время он был награжден высшим российским орденом за участие в Полтавской баталии.
Сухарева башня, где когда-то Брюс занимался своими научными изысканиями, после его кончины была опечатана. Когда же ее наконец открыли, гласит легенда, то нашли в тайниках старинные книги магического содержания, которые никто не мог прочитать. Впоследствии Сталин приказал разрушить Сухареву башню, потому что она якобы мешала транспортному движению. Но поговаривали, что на самом деле это было связано с наследием Брюса. Оборудование Брюсовой лаборатории в Глинках, астрономические инструменты, часть книг и другие вещи таинственного графа бесследно исчезли. Предполагается, что перед смертью Яков Виллимович спрятал их в подземелье.
Биолокационная разведка на территории бывшей усадьбы Глинки, где ныне расположен санаторий «Монино», показала, что под землей в соединенных тоннелями камерах находятся какие-то предметы из металла, дерева и стекла. Но добраться до них пока не удалось. Скорее всего, Яков Брюс все же был не магом и чародеем, как приписывала ему молва, а ученым, занимавшимся исследованиями в самых различных областях знания, в том числе и научным прогнозированием. Возможно, рано или поздно будут обнаружены и другие следы его разработок, которые принесут пользу людям. Сухарева башня невеста Ивана Великого "...На крутой горе, усыпанной низкими домиками, среди коих изредка лишь проглядывает широкая белая стена какого-нибудь боярского дома, возвышается четвероугольная, сизая, фантастическая громада - Сухарева башня. Она гордо взирает на окрестности, будто знает, что имя Петра начертано на ее мшистом челе! Ее мрачная физиономия, ее гигантские размеры, ее решительные формы, все хранит отпечаток другого века, отпечаток той грозной власти, которой ничто не могло противиться". Писал о Сухаревой башне в 1834 году Лермонтов. С Сухаревой башней связано много легенд. Пожалуй, самая первая относится ещё к дате её постройки. Доподлинно неизвестно что именно послужило причинной построить башню именно в этом месте, дать ей такое имя и придать такие чудные для русской архитектуры формы.
Согласно распространенному мнению Петр построил башню в подарок сухаревскому стрелецкому полку, за то, что он поддержал его во время памятного бунта. Но, с другой стороны, полковник Сухарев был не единственным, кто встал на сторону князя, и Петр уже щедро одарил верный полк (что не помешало ему расформировать его через несколько лет) и дал денег на ремонт полковой церкви Троицы в Листах, расположенной по соседству с будущей башней. По другой версии Петр, спасшийся из Свято-Троицкой обители, решил таким образом ознаменовать свое избавление от грозившей ему опасности, и сделать на московской дороге, которая вела в лавру, роскошный монументальный въезд в город на голландский манер. Кстати сам император изначально башню назвал "Сретенской по Земляному городу", а Сухаревой она стала называться уже после смерти Петра.
Сухарева башня была построена в 1692-1695 годах архитектором М.И. Чоглоковым на месте старых деревянных Сретенских ворот Земляного города. По легенде активное участие в её проектировании принимал сам Петр I, а по другой версии архитектором башни являлся Франц Лефорт. Сама же башня должна была олицетворять корабль с мачтой. Галереи второго яруса представляли верхнюю палубу, восточная сторона - нос, а западная - корму. Первоначально башня представляла собой двухэтажные палаты со сквозным проездом и трехъярусной башней над ними. Но Петр оказался недоволен. Существует теория, что за основу башни взята ратуша одного из европейских городов, но, то ли Российский император оказался разочарован результатом, то ли причина была в том, что Петр решил в башне основать навигационную школу (а для этого требовались классные комнаты) и обсерваторию для своего "придворного колдуна" Якова Брюса. Так это или нет, но и после поездки в Западную Европу решили башню перестроить, что и было осуществлено в 1698-1701 годах. Каменные палаты обзавелись третьим ярусом, а башня ещё двумя этажами. Таким образом, она стала самым крупным светским знанием в России, её высота теперь превышала шестьдесят метров, а москвичи стали ласково называть "невестой Ивана Великого".
Это была удивительно красивая башня. В то время оборонительные сооружения уже потеряли своё первостепенное назначение, и башня была лишена каких либо фортификационных элементов. Стены третьего яруса были украшены множеством парных окон с затейливыми наличниками, а широкая лестница вела на так называемое гульбище вокруг второго и третьего ярусов. Сухареву башню, также как и Спасскую и Троицкую украсили часами и двуглавым орлом. Правда, орел был несколько необычным, в его лапах были зажаты молнии. По легенде, за день до вступления Наполеона в Москву, над башней откуда-то появился ястреб с опутанными веревками лапами и запутался в крыльях орла. Ястреб долго бился, пытался вырвать и только к вечеру умер. Народ воспринял это как предзнаменование, что и оккупанты запутаются в крыльях русского орла. Часы тоже были необычные. Это были куранты с неподвижной стрелкой и вращающимся циферблатом. К сожалению, они были устаревшей конструкции и просуществовали на башне недолго. Почти два века башня существовала вообще без часов, новые куранты были установлены только в 1899 году на четвертом ярусе башни и значительно выше того места, где они располагались при Петре.
Чернокнижник и башня
Все самое мистическое и таинственное, что связано с именем Якова Брюса относится к Сухаревой Башне. То же высказывание верно и наоборот. Считается, что Яков Брюс подтолкнул Петра к идее создания в Сухаревой башне "Школы навигационных и математических наук", а значит, возможно, и к перестройке башни. Но, так или иначе, башня вскоре была перестроена и школа открылась. Это было первое в России высшее светское специальное учебное заведение и именно оно дало стране первых, мореплавателей, инженеров, архитекторов и геодезистов. Притом учились в ней представители самых разных сословий, а преподавал сам Яков Брюс. На самом верху башни "чернокнижник" устроил обсерваторию для наблюдения за звездами и планетами. Школа находилась в башне с 1701 по 1715 год, пока не была перенесена в Санкт-Петербург.
В башне проходили встречи Нептунова общества, в которое кроме самого Якова Броса входили Петр I, Лефорт, Меньшиков, Шереметьев, Голицин. На деле это было скорее тайный совет, но москвичи верили, что немцы в башне занимаются всякими непотребствами, колдуют. А сам Брюс по ночам летает над городом на железной птице (кстати, если верить всё тем же легендам, то первые самолеты делались именно на основе чертежей, оставшихся от знаменитого "чернокнижника"), умеет превращать свинец в золото, а старца снова сделать молодым. Хранилась в башне и знаменитая Черная книга, которая давала своему обладателю власть над миром. Перед смертью Яков Вилимович успел её замуровать, то ли в стены башни (согласно одной из версий именно поиски Черной книг вынудили коммунистов буквально по кирпичику разобрать башню), то ли в её основание (тут поиски различными авантюристами продолжаются до сих пор). Если верить людской молве, то где-то в переходах под Сухаревой башней замурована и не менее знаменитая библиотека Ивана Грозного.
Работал Брюс и над эликсиром бессмертия. Изначально разрабатывался он для Петра I, но Брюс по каким-то непонятным причинам приберег его для себя. Согласно завещанию, после смерти следовало обрызгать его тело "живой" водой, но доверенный слуга очень волновался и разбил флакон с драгоценной жидкостью. Только несколько капель попали на руку Брюса. Вроде всего лишь красивая сказка? Тогда почему, когда вскрыли могилу Брюса в двадцатых годах прошлого века, одна рука его оказалась нетленной?
После Брюса
Как при жизни Якова Брюса Сухарева башня была окутана сетью загадок и тайн, так после его смерти она растеряла почти всю свою таинственную привлекательность. Нет, легенды остались, но почти все они относились к петровской эпохе. Пожалуй, последняя и самая главная тайна связана с гибелью башни. Но об этом позже. Не смотря на то, что навигационную школу перевели в Санкт-Петербург, башня осталась в ведомстве Адмиралтейства. Вплоть до 1752 года в ней размещалось подготовительное училище для петербургской Морской академии. Затем в башне расположились судебные палаты и адмиралтейские конторы, склад для имущества Балтийского флота.
После войны 1812 года около Сухаревой башни возник знаменитый Сухаревский рынок. Эта площадь и раньше, ещё в допетровские времена, служила местом торга, но тогда торговали крестьяне нежелавшие платить въездные пошлины. Отцом Сухаревского рынка можно смело назвать московского градоначальника графа Ростопчина. После войны в разоренном городе возникла жуткая неразбериха с собственностью и многие бросились искать свои пропавшие вещи. Ростопчин издал указ, согласно которому: "все вещи, откуда бы они взяты ни были, являются неотъемлемой собственностью того, кто в данный момент ими владеет". И повелел свободно торговать ими, но только по воскресеньям до сумерек и только на площади у Сухаревой башни. Рынок прижился, хотя поначалу торговали на нем в основном крадеными вещами. Обстановка в городе постепенно стабилизировалась и на рынке появились различные торговые ряды.
Один из путеводителей того времени подробно описывает, как жил Сухаревкий рынок: "С самого утра, а часто и накануне воскресенья на площади идут приготовления к торгам: вбивают колья, навешивают на них холщовые крыши, разбивают палатки и балаганы, устанавливают лавки и раскладывают на них товар. Еще до окончания обеден эта площадь наполняется народными толпами. При входе на рынок развешаны ситцы, далее раскинуты балаганы с обувью, затем уж идут ряды со всевозможными костюмами, далее галантерейные товары. Правее выставлена мебель и простая, и комфортабельная, и новая, и леченая. Одним словом, на Сухаревке можно обуться и одеться, наесться и даже сладко дремотно выспаться на пружинных диванах или на навале перин, набитых мочалками, под баюканье людского говора, канареечных, свистящих органчиков, гуслей, самогудов и беспрестанных предупредительных звонков конки... Торг у Сухаревой башни продолжается до сумерек, в продолжение всего этого времени там беспрерывно бывает прилив и отлив народа всякого звания".
С 1828 и почти до конца девятнадцатого века Сухаревой башне пришлось послужить водонапорной. В ней были размещены чугунные резервуары знаменитого Мытищинского водопровода до тех пор, пока не были построены Крестовские водонапорные башни гораздо большей вместимости. В течение следующих двух десятков лет в башне размещались магазины и склады, городской архив и квартиры для городовых, электротрансформаторная установка и телефонный узел, а также различные конторы. Некоторые помещения пустовали и долго не ремонтировались, но внешне Сухарева башня выглядела вполне респектабельно, а территория вокруг нее была замощена и освещена.
После революции в 1920-1925 годах башня была отремонтирована, и в ней открылся Московский коммунальный музей. Толпы москвичей потянулись в башню, но их скорее интересовало окутанное легендами величественное сооружение, где обитал дух "чернокнижника" Брюса, чем скудная экспозиция. Сухаревский рынок после революции вновь стал одной из криминальных точек столицы и советские власти поставили вопрос о срочной его ликвидации, но грянул НЭП. В 1925 году рынок в целях расширения движения и борьбы с антисанитарией был переведен в "Гефсиманское подворье", а через несколько лет и вообще ликвидирован.
В 1933 году в одной из газет промелькнула заметка о том, что башня якобы мешает движению и её решено ломать. Многие архитекторы и общественные деятели буквально завалили Сталина прошениями и проектами, которые позволяли расширить движение, не нанося непоправимого вреда башне. Но это уже не имело никакого значения, вождь пролетариата обвинил архитекторов в "слепости и бесперспективности" и через полгода, в ночь с 13 на 14 апреля 1934 года, приступили к разборке башни. Разбирали башню осторожно, по кирпичику. Именно это и послужило основой легенды о том, что Сталин искал Черную книгу. Говорят, что какие-то книги в стенах башни всё же нашли, но сама Черная книга так и осталась ненайденной.
Надежда на возрождение
Башня не исчезла бесследно. Она осталась в памяти москвичей, на многочисленных фотографиях, картинах и гравюрах. Но самое главное под Большой Сухаревской площадью сохранилось её основание. Сейчас под площадью как раз строится подземный пешеходный переход, в ходе работ по созданию которого и был обнаружен фундамент башни. Археологам удалось добиться изменения конфигурации перехода, он первоначально проходил прямо через основание башни, не учитывая, что это памятник. Теперь подземный переход должен пройти под белокаменными подвальными сводами Сухаревой башни.
Ещё в 90-хх годах прошлого века архитекторы заговорили о восстановлении Сухаревой башни. К сожалению, воссоздание башни на прежнем месте труднореализуемый проект, так как это почти вдвое сузит проезжую полосу на итак очень затрудненном участке. Рассматриваются также варианты постройки башни и на другом месте. По одному из проектов башня может встать на месте гостиницы "Россия". И тогда в один ряд с кремлевскими башнями, она логически завершит линию вертикалей между двумя главными архитектурными доминантами центра столицы - храмом Христа Спасителя и высоткой на Котельнической набережной. Предлагается использовать башню как часть концертного зала "Россия", а на самой башне оборудовать смотровую площадку. Макет Сухаревой башни должен появиться и в рамках проекта "Мини-Москва" на территории парка Сокольники.
По материалам сайта http://samlib.ru/
Был у Петра Первого очень близкий ему сподвижник - шотландец Яков Брюс, один из образованнейших людей России, личность загадочная и уникальная во всех отношениях. Он прямой потомок древнейшего королевского рода (двое из его предков были королями Шотландии) и русский граф, политик, дипломат и военный, инженер, топограф, естествоиспытатель, математик, создатель российской артиллерии, астроном, астролог… Участвуя во всех походах Петра и выполняя самые разнообразные его поручения, он находил время для самообразования, в частности, в совершенстве овладев семью языками.
Одержимый страстью коллекционера, Брюс всю жизнь чего-нибудь собирал - картины, древние монеты, редкие минералы, гербарии. Не отстал он от Петра и по части домашней кунсткамеры. Его «кабинет курьёзных вещей» был единственным в своём роде в России и после смерти владельца влился в кунсткамеру Академии наук.
И не только собирал, но и мастерил и конструировал сам. В Эрмитаже хранится зеркало, сделанное Брюсом, через которое он «общался с миром умерших». У полированных металлических зеркал того времени срок жизни был не более 2 лет. А зеркало Брюса по сей день сохраняет свои свойства. Подзорная труба, изготовленная им лично, имела в длину 18 метров. По его завещанию ее передали Эрмитажу. Сейчас от нее сохранился лишь огрызок, длиной в один фут. О других творениях графа, куда более интригующих и загадочных, речь пойдет чуть позже.
О широте познаний и интересов Брюса говорит собранная им богатейшая научно-техническая библиотека, насчитывавшая полторы тысячи томов. Старинные манускрипты древних ученых, переводы и подлинники, 233 книги по физико-математическим наукам, 116 - по медицине, 71 - по географии и геологии, более 90 томов по военным дисциплинам, а также поэзия и астрономия, труды по истории, генеалогии и геральдике, философии и лингвистике, биологии и художественным ремеслам, домоводству, садоводству, кулинарии, пиротехнике и… тайноведению.
Библиотека Якова Брюса была одной из лучших и самых ценных в России. Свое собрание он завещал Петербургской Академии наук. В декабре 1735-го, после смерти ее владельца, библиотека отправилась на 30 подводах из подмосковного имения Глинки в Петербург. На сегодняшние деньги она оценивается примерно в 3 миллиона фунтов стерлингов.
Яков Брюс - выдающийся деятель
Яков Вилимович Брюс родился в 1670 году. Его отец Вильям Брюс прибыл в Московию по приглашению царя Алексея Михайловича в 1647 году. К подростковому возрасту Яков уже освоил три языка, увлекался математикой, физикой и военным делом. В 14 лет он вместе со старшим братом Романом записался в потешный Петровский полк (трансформировавшийся в Преображенский и Семеновский полки), что и определило его феерическую военную и дипломатическую карьеру: поручик - полковник - генерал-майор от артиллерии - начальник всей российской артиллерии - генерал-губернатор обеих столиц - и генерал-фельдцейхмейстер в 30 лет.
Юный царь всея Руси (Петр был на 2 года моложе Якова), который тоже стремился вобрать в себя как можно больше знаний и доверял иностранцам больше, чем собственному полутемному народу, не мог не заметить выдающихся способностей шотландца. Они сразу же сблизились и подружились. И Петр не отпускал уже от себя Якова до самой смерти - ни в военных походах, ни на дипломатических встречах… ни в тайных поисках истины.
Полудетские игры в Потешном полку через несколько лет переросли в серьезные военные баталии. Брюс участвует в военных походах и сражениях, позже реформирует русскую армию и возглавляет артиллерию, руководит крупнейшими военными операциями, в том числе - в знаменитом сражении под Полтавой в 1709. Петр назвал одержанную победу триумфом российской артиллерии и наградил Брюса высшей государственной наградой - орденом Св. апостола Андрея Первозванного.
Мирный договор со Швецией, положивший в 1721 году конец Северной войне, было доверено подписать Я.Брюсу и А.Остерману, после чего Петр, высоко ценивший своего друга и сподвижника и щедро вознаграждавший его за верную службу и острый ум, пожаловал Якову графский титул и 500 крестьянских дворов в Карельском уезде.
Яков обзавелся семьей в 25 лет, женившись на Маргарите фон Мантейфель (Марфе Андреевне), дочери генерала Цоге фон Мантейфеля, выходца из Прибалтики. Шафером на свадьбе был сам царь Петр. Позже Маргарита-Марфа была в числе пяти статс-дам императрицы Екатерины. Скончалась она на несколько лет раньше супруга, не оставив ему потомства.
В 1697 году Петр I включил Брюса в состав «Великого посольства», в ходе которого сложился новый антишведский союз в составе России, Саксонии и Дании. По предписанию государя Брюс отбыл в Англию - «для математической науки в англицком государстве», а также для изучения артиллерийского дела. Он пробыл в Лондоне больше года, находя и вербуя для работы в России учёных и преподавателей, закупал книги и инструменты, попутно осваивая премудрости астрономии и астрологии. В Лондоне Петр и Яков познакомились с Исааком Ньютоном.
В Москве на пересечении Садового кольца, Сретенки и 1-й Мещанской возвышалась Сухарева или построенная по велению Петра в 1695 году и служившая казармой для солдат полковника Сухарева. Высота башня спорила по популярности с Кремлем. Просуществовала она до 1934 года, считаясь выдающимся памятником русской архитектуры.
В этом помпезном сооружении Петр решил открыть первое на Руси светское учебное заведение математических и навигационных наук (Навигацкую школу), а руководить ею назначил своего просвещенного сподвижника. Здесь у Брюса был свой кабинет-лаборатория, а в верхней части башни он устроил обсерваторию - первую в Москве, в которой обучал будущих мореходов наблюдению за звездами и планетами.
Он сам составил и издал карту звёздного неба и написал научный трактат о законе всемирного тяготения - «Теория движения планет».
Свободное владение европейскими языками позволяло ему самому делать переводы. Так, он перевёл книгу Христиана Гюйгенса «Космотеорос», излагавшую систему Коперника и теорию тяготения Ньютона, назвав ее «Книгой мирозрения». Этот труд надолго стал учебником для русских школ и институтов.
Создал Брюс и астрологическую и геолого-этнографическую карту Москвы, отметив на ней гиблые и благоприятные места. Радиально-кольцевая структура Москвы с разделением на 12 секторов, по знакам Зодиака, была предложена им Петру во время масштабной реконструкции столицы и легла в основу последующей планировки. Карты земель российских, от Москвы до Малой Азии, он составлял во время похода на Азов, в 1696 году.
В 1706 под редакцией Брюса вышел первый на Руси гражданский календарь с астрологическими прогнозами.
Он пользовался огромной популярностью, многократно переиздавался и дополнялся вплоть до середины XIX века. В народе эти календари называли не иначе, как «брюсовыми» или «брюсами». Но исследователи наследия петровского мага утверждают, что Брюс имел к нему лишь косвенное отношение, выступая в роли редактора-цензора…
Тайноведение при Петре Первом
Все вышеизложенное рисует человека серьезного, основательного и делового и меньше всего подходит ко второй части рассказа, в которой Яков Брюс предстанет совсем в ином качестве, благодаря которому к нему на веки вечные приклеились такие прозвища (или определения), как колдун, чернокнижник, черный маг, российский Нострадамус. Сам император - в свободное от пирушек и модернизации России время - не прочь был развлечься спиритизмом и магией. А славный ученый-вояка составлял ему компанию. Только для Якова это было не развлечением, а самой жизнью.
Петр I Тяготение к тайноведению у него было, в прямом смысле, в крови. Его предок, Эдуард Брюс, король Ирландии (брат Роберта Первого Брюса, короля-освободителя кельтской Шотландии), в начале XIV века был влиятельнейшим магистром Ордена тамплиеров, шотландским мастером Св. Андрея. Поговаривали, что и Яков Брюс тайно принадлежал к масонам, которые якобы являются наследниками тамплиеров. Хотя орден тамплиеров был упразднён и распущен папой Климентом V в 1312 году, а масонство как движение возникло в XVIII веке.
Москвичи, жившие поблизости от Сухаревой башни, начали замечать, что по ночам в ее верхней части таинственно мерцает свет. А потом поползли по городу слухи, что в Сухаревой башне собирается некое тайное «Нептуново общество», членами которого являются близкий друг царя Франц Лефорт, Яков Брюс, Александр Меньшиков, еще несколько вельмож и сам Петр Первый. То были, как считают, заседания масонской ложи. А после смерти Лефорта «Нептуново общество» якобы возглавил Брюс.
Есть версия, что во время пребывания в Лондоне Брюс приобщил к масонству государя.
Так или не так, доподлинно не известно, но в сборнике статей и материалов «Масонство в его прошлом и настоящем», под редакцией видного историка С.Мельгунова (и Н.Сидорова), изданном в 1914 году, записано: «Среди русских масонов существовало предание о том, что первая масонская ложа в России была учреждена Петром Великим немедленно по его возвращении из первого заграничного путешествия: сам Кристофер Рен, знаменитый основатель новоанглийского масонства (и не менее знаменитый архитектор и математик, - ред.), будто бы посвятил его в таинства Ордена… Предание это, лишенное какой бы то ни было документальной основы, находит себе лишь косвенное подтверждение в том высоком уважении, которым имя Петра пользовалось среди русских братьев XVIII века».
Яков Брюс Имение Глинки
В 1725 Брюсу пришлось в последний раз послужить своему державному другу - в качестве главного распорядителя на его похоронах («Верховного обер-маршала печальной комиссии»). После смерти российского самодержца началась борьба за власть.
Историки свидетельствуют, что могучий Петр Первый умер от пневмонии, но не исключают и того, что он был отравлен. Екатерина I правила всего два года (1725-1727) и умерла в возрасте 43 лет. Ей на смену пришел внук Петра, 11-летний Петр II, скончавшийся в 14 лет (1727-1730). Затем была Анна Иоановна, продержавшаяся на престоле 10 лет (1730-1740). Сразу после смерти Петра Первого загадочным образом приказали долго жить все приближенные Брюса.
Первая преемница, вдова-императрица Екатерина I еще благоволила к Брюсу и даже наградила его орденом Александра Невского. Но российский Нострадамус, видимо, решил не искушать судьбу и в 1726, через год после смерти Петра, вышел в отставку в чине генерала-фельдмаршала, а еще через год купил у князя Долгорукова имение Глинки и несколько деревень, в 42 верстах к востоку от Москвы, где и уединяется до конца своих дней.
Усадьба располагалась на полуострове, между реками Клязьма и ее притоком Воря, в окружении лесов и болот. А под ней якобы находились подземелья и ходы, протяженностью в несколько километров…
В пользу этой версии говорят обнаруженные в окрестностях следы древних городищ и курганы. Уже в наши дни усадьбу графа-колдуна пытались изучать экстрасенсы и лозоходцы. И все они сошлись на мнении, что ходы в недрах усадьбы действительно существуют, а в них находится большое количество предметов неизвестного назначения - металлических, деревянных, стеклянных. А еще - что усадьба стоит на «энергетическом узле» планеты.
Свое новое имение Брюс построил сам, превратив его в «научно-мистический институт одной персоны», где все было подчинено его изысканиям, наблюдениям и опытам. На крыше главного дома-дворца он соорудил себе обсерваторию, наподобие той, что у него была в Сухаревой башне. А в подземельях устроил лаборатории, занимаясь физикой, химией, оптикой, а главное - знахарством и алхимией.
Несколько входов в подземные лабиринты, находившихся прямо под домом, были замурованы с полвека назад, и никогда после смерти Брюса не изучались. Об этом рассказали московские документалисты, авторы телепередачи «Искатели». Пару лет назад они предприняли попытку разгадать тайны Якова Брюса, побывав во всех его местах, включая усадьбу Глинки (в которой сейчас расположился санаторий Монино), и сняли фильм под названием «Колдун Петра Великого».
Усадьба Глинки Колдуном Брюса окрестила не только молва народная, но и сама история. Правда, базировалась она на сборе слухов и легенд, которые ходили о нем. Байки эти вполне сгодились бы для голливудского ужастика. Но дыма ведь без огня не бывает. Только нам теперь, три столетия спустя, уж точно не отделить зерен от плевел. Остается бесстрастный пересказ таинственных деяний высокопоставленного мага. Вот некоторые из них.
Он собрал из железных пластин «механическую птицу» с человеческой головой («дракона Брюса») и, по указу государя, имел право летать на ней только над ночной Москвой - дабы не пугать людей. Что генерал-фельдцейхмейстер и делал, стартуя из окна Сухаревой башни, на удивление бодрствующих…
Есть версия, что первые русские аэропланы начала ХХ века были сконструированы по его чертежам.
Собиратель легенд Павел Богатырев пересказал в XIX веке - в очерках «Московская старина», свидетельства современников Брюса о его механической горничной, дивной красоты и неотличимой от живой девицы. Она-де «умела говорить и ходить, но не имела души». Железная кукла прислуживала графу в Сухаревой башне. Уйдя в отставку, он увез ее в свое подмосковное имение.
Крепостные, завидев куклу, поначалу в панике разбегались, но потом привыкли и между собой стали называть ее «Яшкиной бабой». «Баба» могла делать всю работу по дому, подавать гостям кофе и даже разговаривать. Правда это или вымысел - неизвестно. А только среди бумаг Брюса были найдены чертежи механического робота. (Образ куклы-горничной присутствует и в фильме «Колдун Петра Великого».)
А еще Брюс мог, на удивление своим гостям, «мановением волшебной палочки» превращать приусадебный пруд посреди жаркого лета в каток. Поверив в это, наши современники на полном серьезе начали изучать странно прямоугольный пруд в Глинках, пытаясь найти разгадку на его дне. Приписывают Брюсу и владение гипнозом - способность вызывать у окружающих зрительные галлюцинации. (Не таким ли путем его гости «лицезрели» летний пруд покрывающийся льдом?)
«Да мало ль еще что знал этот Брюс: он знал все травы этакие тайные, и камни чудные, составы разные из них делал, воду даже живую произвел…» - говорили про него крестьяне, которых он лечил как знахарь.
Про живую воду они неспроста упомянули. Таинственный маг нашел-таки секрет эликсира вечной молодости, испробовав его сначала на других, а потом на себе. Метод был не просто рискованным, но и варварским - для опытов требовались старики или «свежеумершие» покойники. Чтобы омолодить еще живого, его нужно было сначала убить, а потом оживить.
Цель опытов Брюса, как нетрудно догадаться, собственное бессмертие. Но именно на нем маг-алхимик и споткнулся… Мы уже договорились, что я лишь пересказываю легенды и слухи. А в этой части они становятся совсем уж жуткими и неправдоподобными.
Брюсов календарь. Репринт 1875 г. Брюс - после смерти
Яков Брюс скончался странно, непонятно и неожиданно в 1735 году. И погиб он во время своего финального опыта в Глинках. Граф приказал слуге-турку разрубить мечом свое тело на четыре части, закопать в саду и три дня и три ночи поливать останки эликсиром вечной молодости. А на четвертый день откопать. Тело должно срастись, воскреснуть и омолодиться. Но слуга что-то напутал, поспешил или не доделал, так как не вовремя прибыли царские гонцы - раны уже начали срастаться, но оживления не произошло, и колдун Петра Великого помер, не дожив до 66 лет. Похоронен он был в Немецкой слободе.
Ну и конечно эта история не могла не обрасти «загробной романтикой». После смерти Брюса каждую ночь москвичи видели свет на вершине Сухаревой башни, в обсерватории. Это дух колдуна охраняет свою «Черную книгу», шептались суеверные. 200 лет спустя, когда башню снесли, дух переселился в старую усадьбу в Глинках. Примерно в те же годы нашли его склеп и передали останки антропологу и скульптору Михаилу Герасимову для реконструкции облика петровского сподвижника. Но останки таинственным образом исчезли. Сохранилось только то, во что он был облачен.
А теперь о Черной книге, будоражившей воображение нескольких поколений, включая сильных мира сего. Согласно стойкой легенде, была у Брюса какая-то особая магическая книга. Какая именно, никто толком не знает. По одной из версий, это была очень древняя книга, принадлежавшая самому царю Соломону. «Она открывала ему все тайны, - записал Павел Богатырев, - и он мог посредством этой книги узнать, что находится на любом месте в земле, мог сказать, у кого что где спрятано… Книгу эту достать нельзя: она никому в руки не дается и находится в таинственной комнате, куда никто не решается войти». Не желая, чтобы она после его смерти попала в чужие руки, колдун якобы замуровал ее в стене Сухаревой башни.
В сборнике «100 великих загадок истории» можно прочесть, что в существование книги верила Екатерина I, а после смерти колдуна она попыталась найти ее, приказав обыскать обсерваторию и весь его научный архив, переданный в Академию Наук. Но так ничего и не нашла.
Чтобы никто другой не смог воспользоваться бесценной книгой, императрица поставила у башни караул, который якобы никто не осмеливался снять вплоть до Октябрьской революции. И даже большевики не сразу упразднили его. Только в 1924 году пост у Сухаревой башни распустили, и открыли в обсерватории Брюса музей коммунальных услуг.
Знал про существование таинственной книги и Сталин, проявлявший особый интерес к наследию колдуна Петра Великого. О том, что вождь страны Советов за основу планировки московского метро взял астрологическую карту Москвы, предложенную Брюсом, с 12-ю станциями на Кольцевой линии - в соответствии со знаками зодиака, я в прошлом номере «Чайки» уже упоминала.
В 1934 году Сталин приказал снести Сухареву башню. Но ни в коем случае не взрывать ее, как это делалось со всеми мешавшими вождю зданиями и храмами, а разобрать по кирпичику, под строгим контролем, и все находки доставлять лично ему.
Упомянутые выше «искатели» взяли в своем фильме за основу другую версию о «Черной книге», то есть о тетради, принадлежавшей лично графу.
У Брюса была лаборатория, в которой ученый колдун проводил загадочные опыты, - объясняет свою версию ведущий Валерий Иванов-Таганский. - Ценные открытия и наблюдения, добытые тайные знания он записывал в «Черную тетрадь». За этими рукописями охотились еще при его жизни. О том, какие секреты хранила книга алхимика, можно только догадываться. Находка этих записей могла бы стать настоящей сенсацией.
Увы, сенсации не получается, поскольку книга «никому в руки не дается»…
Что тут правда, а что колоритный вымысел из области научной фантастики, не знает никто - Яков Брюс унес с собой свои тайны.
Были времена, когда Россия для жителей Западной Европы выглядела землёй больших возможностей и местом, где можно было укрыться от кровавых политических бурь «цивилизованного мира».
В 1647 году представители древнего шотландского рода Брюсов — Яков и его сын Вильям — вместе с домочадцами бежали от ужасов гражданской войны, развернувшейся в Британии.
Брюсы обосновались в Москве, в Немецкой слободе. Яков и Вильям были приняты на русскую военную службу. Старший Брюс возглавлял псковский полк и скончался в 1680 году в чине генерал-майора. Его сын Вильям дослужился до чина полковника и погиб в одном из азовских походов.
Но до этого печального события Вильям, или Вилим, как звали его в России, успел обзавестись потомством. В 1668 году у него родился сын Роберт, в России именовавшийся Романом, а 11 мая 1669 года — Джеймс Дэниэл , на новой родине величавшийся Яковом.
Братьям Брюсам суждена была успешная карьера, а Якову — ещё и слава «чернокнижника и колдуна».
Яков Брюс, как и его старший брат, получил домашнее образование, по меркам того времени совершенно блестящее. Уже в ранней юности у Якова проявилась тяга к науке, особенно к математике и естественным дисциплинам.
Верный Яков
Вилим Брюс видел будущее сыновей в военной карьере, и в 1683 году Якова и Романа записали в «потешный полк», собранный для юного царевича Петра . Служба в «потешном полку» и близость к Петру предопределила всю дальнейшую жизнь братьев Брюсов.
Роман и Яков были старше своего будущего царя — на три и два с лишним года соответственно. По меркам того времени, эта разница была довольно значительной, поэтому пока Пётр Алексеевич ещё только играл в войну, Яков Брюс в чине прапорщика уже участвовал в походе на Азов под командованием фаворита царевны Софьи князя Голицына и даже удостоился награды за усердную службу.
Яков Брюс не слишком погружался в глубины политических интриг, но когда Пётр бежал от людей Софьи в Троице-Сергееву лавру, привёл ему на помощь «потешный полк». Это не было инициативой Брюса — он лишь исполнил приказ царя. Однако Пётр этот поступок запомнил, и Яков Брюс вошёл в число приближённых молодого монарха.
Петра в ту пору, да и сейчас, нередко упрекали в том, что он отдавал предпочтение иностранцам перед русскими. Объяснялось это, однако, довольно просто — затевавшему большие преобразования царю позарез нужны были хорошо образованные люди, способные реализовывать большие проекты, но при этом не «завязанные родством» с каким-либо боярским или княжеским родом, который преследует не государственные, а собственные интересы. В России той поры таковых катастрофически не хватало, вот и цеплялся Пётр Алексеевич за обрусевших выходцев из Немецкой слободы.
«Специалист широкого профиля»
Яков Брюс вновь участвовал в походах на Азов в 1694 и 1695 годах, теперь уже под началом Петра. В 1696 году Брюс проявил свои научные навыки, составив карту территорий от Москвы до Малой Азии, впоследствии напечатанную в Амстердаме. Работу Брюса-картографа царь оценил возведением в чин полковника.
В 1697 году из Москвы в Европу отправилось «Великое посольство», в котором, сохраняя формальное инкогнито, следовал и сам Пётр. Разумеется, ему нужны были те, кто мог говорить с европейцами на одном языке, вербовать специалистов для работы в России, вести переговоры. В числе тех, на кого во время путешествия в Европу легла наибольшая нагрузка, был и Яков Брюс.
Своё домашнее образование в Европе Брюс повышал за счёт прохождения ускоренных курсов обучения у лучших профессоров, в первую очередь налегая на математику и организацию артиллерийского дела. Борьба за Азов осталась в прошлом — впереди Россию ждала ожесточённая схватка со Швецией за выход к Балтике. По задумке Петра, Якову Брюсу предстояло создать и возглавить новую русскую артиллерию, способную превзойти шведскую.
Брюс вошёл в тот избранный круг придворных, которые вместе с Петром добрались до Англии. Яков Вилимович участвовал во встречах царя с самим Исааком Ньютоном .
Царю Петру, чьи интересы касались практически всех сфер жизни, нужны были, что называется, «специалисты широкого профиля». Таким был и Яков Брюс, совмещавший в одном лице военного, дипломата, учёного, юриста и прочее, и прочее…
Тайны Сухаревой башни
Но его душа более всего тяготела к науке. В свежепостроенной в Москве Сухаревой башне Яков Брюс занимался астрономическими наблюдениями, там же собиралось тайное «Нептуново общество» под предводительством Франца Лефорта , совмещавшее занятия чистой наукой с астрологией. В 1702 году всё в той же Сухаревой башне была открыта Навигацкая школа, которую возглавил Брюс.
Патриархальную Москву пугала как сама Сухарева башня, совершенно необычная по сравнению с сооружениями, ранее строившимися в древней столице, так и научная деятельность, которую вёл там Яков Вилимович. Опыты Брюса нередко сопровождались «спецэффектами», заставлявшими набожных москвичей креститься. Скорее всего, поэтому за Брюсом в Москве закрепилась слава «чернокнижника и слуги диавола» — настолько крепкая, что она пережила самого Якова Вилимовича и дошла до нас сквозь столетия в виде городских легенд.
Календарь, который придумал не Брюс
Если говорить о заслугах Якова Брюса перед российской наукой, то они настолько велики, что всего и не перечислишь. О «Карте земель от Москвы до Малой Азии» и обсерватории в Сухаревой башне, ставшей первой в России, мы уже упоминали. Кроме того, Брюс перевёл на русский язык целый ряд научных трудов ведущих учёных того времени, составил русско-голландский и голландско-русский словари, написал первый русский учебник геометрии…
В 1706 году Пётр поручил Брюсу отвечать за всё российское книгопечатание, и оно при нём сделало решительный шаг вперёд. Под началом Якова Брюса находилась Московская типография, и все книги, которые там выпускались, выходили с пометкой о том, что они изданы под надзором Брюса. Именно из-за этой пометки выпущенный в 1709 году знаменитый календарь, составленный Василием Киприяновым , который на 200 лет стал настольным справочником российских земледельцев, получил народное название «Брюсов календарь».
У Якова Брюса была одна из самых больших библиотек того времени, насчитывавшая около 1500 томов, причём в подавляющем большинстве научно-технического и справочного содержания.
Кроме того, у Брюса была собственная коллекция раритетов, известная как «кабинет курьёзных вещей», после его смерти по завещанию присоединённая к Кунсткамере.
Орден за Полтаву
Заниматься наукой Якову Брюсу приходилась в непродолжительных перерывах между военными кампаниями. Брюс, командовавший артиллерией, при Петре не пропустил ни одной из них.
Он брал Ниеншанц, участвовал в закладке Петербурга, штурмовал Нарву и Ивангород.
Но высшей точкой его военной карьеры стала Полтавская битва 1709 года. Блестящее руководство Брюсом русской артиллерией предопределило разгром шведской армии. За эту победу Яков Брюс из рук Петра получил орден святого Андрея Первозванного .
После Полтавской битвы Брюс всё чаще стал получать от Петра дипломатические поручения. Россия доказала свою силу на поле боя, и теперь наступала пора закрепить достигнутое договорами и соглашениями. Кроме этого, Брюс регулярно отправляется в командировки в Европу для приобретения художественных произведений, найма мастеров, вербовки офицеров для службы в русской армии.
Господин «Нет»
В 1718 году начался Аландский конгресс — продолжительные русско-шведские переговоры о прекращении войны между двумя странами, которая к тому времени тянулась почти два десятилетия. Главными переговорщиками от России были назначены Андрей Остерман и Яков Брюс. Шведы любой ценой пытались свести к минимуму свои потери от конфликта — о приобретениях речь уже не шла. Русский дипломатический тандем работал по принципу «доброго и злого следователя» — Остерман предлагал шведам вариант за вариантом, выражал готовность к компромиссам, а когда те начинали спорить, включался непоколебимый Брюс, вколачивавший русское «нет», будто сваи в землю.
Остерману и Брюсу удалось уже в 1718 году достичь удобных для России условий, но король Карл XII оскорбился и отказался их подписывать. Брюс пожал плечами и вернулся к своим пушкам, которые очень скоро напомнили шведам, кто в этой войне победитель, а кто — проигравший. Вскоре король Карл погиб от шальной пули во время похода в Норвегию, а шведы вернулись за стол переговоров.
Окончательно сломить упрямство шведов Остерману и Брюсу удалось в 1721 году, когда был заключён Ништадский мир, закрепивший за Россией все её основные территориальные приобретения, достигнутые за время войны, и выход к Балтийскому морю.
За эту дипломатическую победу Яков Брюс, в начале 1721 года возведённый в графское достоинство, получил от царя пятьсот дворов в Козельском уезде, а также подмосковную усадьбу Глинки.
Маршал по похоронам
Когда Петром был учреждён Сенат, разумеется, одним из членов его стал Яков Брюс. В 1719 году сенатор Брюс был назначен руководителем Берг-коллегии и Мануфактур-коллегии, отвечающих за развитие горного дела и российской промышленности. Мануфактур-коллегию Брюс возглавлял до 1723 года, Берг-коллегию — до 1726 года и со своими задачами справился вполне успешно. Особенно серьёзные успехи были достигнуты в горном деле, где Яков Вилимович организовал первую в России лабораторию для пробирного анализа и исследования руд и металлов.
К началу 1720-х годов Яков Брюс входил в число наиболее влиятельных людей в России. В 1723 году он был распорядителем пышных торжеств в честь очередной годовщины бракосочетания Петра I с Екатериной. В 1724 году во время коронации Екатерины Брюс нёс перед ней императорскую корону, а супруга Брюса была в числе пяти статс-дам, поддерживавших шлейф Екатерины .
Брюс оказался едва ли не единственным человеком из ближайшего окружения Петра Великого, который не стал принимать участие в борьбе за власть после кончины императора. Он стал отходить от дел ещё в последние месяцы жизни Петра и, хоть и присутствовал во дворце перед его смертью, не примкнул ни к одной из враждующих партий. Поэтому Брюса наделили титулом верховного обер-маршала печальной комиссии и поручили заниматься организацией похорон Петра. С этой задачей он справился, как всегда, успешно.
Он улетел, но обещал вернуться…
Императрица Екатерина I, учредив новый орден Святого Александра Невского, в числе первых наградила им Якова Брюса. Однако возвращаться к государственной деятельности Брюс не стал, в июне 1726 года подав официальное прошение об отставке. Оно было удовлетворено — его уволили с чином генерал-фельдмаршала.
Яков Брюс поселился в пожалованном Петром подмосковном поместье Глинки, которое ему очень полюбилось, и всё своё время посвящал научной работе.
В 1728 году умерла жена Якова Вилимовича, эстонская немка Маргарита Цеге фон Мантейфель , ставшая в России Марфой Андреевной Цеевой . Две дочери Брюса умерли в раннем детстве, и последние годы своей жизни он проводил в одиночестве.
Как некогда в Москве, в Глинках о нём очень скоро стали рассказывать легенды. Кто-то якобы видел, что по ночам к Брюсу прилетает огненный дракон. Рассказывали также, что однажды он в июле месяце заморозил пруд в парке и предложил своим гостям покататься на коньках.
Все свои научные приборы и коллекции Брюс завещал Академии наук, графский титул и имения — племяннику Александру Брюсу , сыну старшего брата Романа. Роман Вилимович Брюс , дослужившийся до звания генерал-лейтенанта, в 1704 году стал первым обер-комендантом Петербурга и, оставаясь в этой должности до самой смерти в 1720 году, немало сделал для обустройства новой столицы.
Яков Вилимович Брюс, человек, посвятивший свою жизнь честному служению России, умер 30 апреля 1735 года и был похоронен в лютеранской церкви Святого Михаила в Немецкой слободе.
Но в Москве в его смерть не очень верили. Говорили, будто «чернокнижник» Брюс построил летающий корабль и улетел на нём куда-то… Москвичи верили в то, что, помимо всего прочего, Якову Брюсу известен секрет оживления мертвецов и рецепт вечной молодости. Поэтому, глядишь, и прилетит вечно молодой Яков Вилимович назад. Вот только его любимой Сухаревой башни на своём месте он уже не найдёт…
