Крупнейший мировой импортер нефти Китай завершает подготовку к запуску на Шанхайской бирже торговли фьючерсами на нефть, номинированными в юанях. Предполагается, что биржевая торговля фьючерсами начнется уже в этом году. Об этом сообщает Reuters. Это, мягко говоря, важное событие.
Биржевая торговля нефтью и деривативами на нефть сейчас ведется на Нью-Йоркской товарной бирже, Лондонской нефтяной бирже и Дубайской товарной бирже. Все 3 биржи принадлежат одной группе - CME group. Плюс есть еще биржа ICE, тоже торгующая фьючерсами на нефть. Думаю, что собственники у ICE и CME одни. Эти торговые площадки манипулируют ценой на нефть как хотят - захотят нефть будет стоить 200 долларов, или наоборот 30 долларов. Если какая-то страна - экспортер нефти возжелает организовать свою нефтяную биржу, то с ней случится то же что случилось с Ираном. Поэтому больше в мире ни у одной страны нет нефтяной биржи. В 2005 году Иран решил создать нефтяную биржу, но Совбез ООН вдруг неожиданно ввел санкции против Ирана и запретил всем остальным странам покупать у Ирана нефть. Так совпало.
По изложенной выше причине организация торговли фьючерсами на нефть в Китае это событие исключительной важности. Но есть еще одна причина почему это важно. Дело в том что китайцы уже организовали торговлю фьючерсами на золото, номинированными в юанях (с апреля 2016 года в Шанхае и с июля 2017 года в Гонконге), а теперь еще и торговлю фьючерсами на нефть, номинированными в юанях. Это означает 2 фундаментальные вещи:
[b]1. Теперь появится цена на нефть в юанях и соответственно можно будет заключать контракты на нефть в юанях.
[b]2. Теперь компания продающая нефть или другой товар за юани по долгосрочному контракту сможет одновременно с заключением контракта купить фьючерсы на золото на ту сумму которую она выручит от продажи нефти (или товара). Т.е. получится что юань обеспечен золотом.
До сих пор была только одна страна, которая позволяла таким образом защитить торговую выручку от валютных колебаний - США. Теперь таких стран станет две. Но у Китая будет преимущество. Дело в том что в Нью-Йорке (Лондоне) невозможно купить физическое золото, только фьючерсы на золото, что вообще говоря не одно и то же. А на Шанхайской бирже можно купить физическое золото. Именно для того чтобы организовать ликвидный рынок физического золота Китай и скупал последние годы золото в конских объемах. Теперь у Китая 20000 тонн золота (см. диаграмму).
Для сравнения у США - 8000 тонн, у Германии - 3400 тонн.
Иными словами в ближайшие годы, когда биржевая торговля нефтью и золотом в Шанхае заработают в полную силу, впервые с 1971 года в мире появится валюта, обеспеченная золотом - юань. Юань не будет привязан к золоту (как в своё время доллар), но обеспечен им будет. Т.е. любой торговый партнер Китая сможет на юани приобрести физическое золото по биржевой цене. Так будет выглядеть новый золотой стандарт.
Биржевая торговля нефтью в Китае меняет вообще всё. Мир никогда больше не будет прежним. Экспортеры нефти (газа) получат возможность частично перевести свои золото-валютные резервы в юани. По всей видимости так сделают Россия, Венесуэла, Катар, Ангола. Иран так уже сделал. Саудиты тоже никуда не денутся, если захотят чтобы Китай покупал их нефть. Как мы писали в предыдущем посте Китай жестко принуждает саудитов перевести контракты на нефть в юани. Когда это произойдет (а это произойдет), саудитам не будет никакого смысла менять юани на доллары. Они так и будут складировать их в закрома в виде юаней.
Думаю, что в ближайшие 10-15 лет значительная часть мировой торговли будет переведена в юани. Китайцы планируют организовать биржевую торговлю в юанях не только на нефть, но и газ, медь, другие цветные металлы. Номинировать торговые контракты в юанях будет значительно удобнее, нежели в долларах потому что у США слабый торговый баланс, а у Китая крепкий. Да и вообще у Китая крупнее и диверсифицированнее экономика.
Вообще теперь можно забыть не только о долларе США, но и о самих США. Потому что основной статьёй экспорта США являются доллары. Завтра они будут никому не нужны в таком объеме как сегодня и дырка в платежном балансе США схлопнется. Это не приведет к коллапсу экономики, но доллар подешевеет на 25%. Мы подробно писали об этом здесь. Соответственно, цены на все пром товары в США вырастут на 25% и население не будет в восторге. США уже вступили в многолетний период политической нестабильности и дальше ситуация будет только деградировать.
Потеряют ли США возможность печатать доллары? Нет не потеряют, но и печатать не будут. Собственно, они их уже не печатают. Потеряют ли США возможность наращивать государственный долг? Нет, не потеряют, но покупать его (долг) будут уже только резиденты и ФРС. Иностранцам облигации Минфина США станут не сильно интересны.
Мир меняется прямо на наших глазах. Китай (с нашей помощью) заколачивает последний гвоздь в крышку гроба глобальной финансовой системы. Рождается совсем новый мировой порядок. США уступают дорогу новому мировому лидеру, Китаю, точно также как 100 лет назад Великобритания уступила место глобального лидера США. (Сама Великобритания, кстати, переходит в разряд лидеров уже не второго, а третьего плана). США остается поблагодарить за многолетнее глобальное лидерство и проводить на пенсию. У нас остается только один враг - Германия. Но враг этот дряхлый и уже неопасный.
Международный валютный фонд (МВФ) официально подтвердил, что готов включить китайский юань в свою корзину резервных валют (на их основе фонд формирует собственную расчётную единицу – так называемые специальные права заимствования).
В этом году юань занял четвёртое место в рейтинге наиболее часто используемых в международных расчётах мировых валют, впервые в истории обойдя японскую иену.
В материале, размещенном на сайте zavtra.ru — комментарии Председателя РЭОШ В.Ю. Катасонова и ряда других экспертов.
Я не очень понимаю, почему Китаю принципиально важно иметь статус юаня как резервной валюты. Ведь если Китай собирается конкурировать с американским долларом, то это перестройка не только экономической, но и политической системы. Фактически Пекин должен согласиться на то, что в стране произойдёт деиндустриализация, потому что резервная валюта – это значит, что страна жертвует своей реальной экономикой. Cпециалистам это понятно, потому что национальная денежная единица не может одновременно обслуживать внутреннюю экономику и мировую, нельзя сидеть на двух стульях.
Я вижу только один резон для китайцев – просто повысить свой авторитет в МВФ. Этот авторитет позволит им, наконец, заставить США проголосовать по решению 2010 года, которое было принято на совете директоров МВФ. Тогда проголосовали за 14-ю корректировку квот. 14-я корректировка квот предусматривала: а) повышение доли Китая и многих других стран в периферии мирового капитализма в капитале и голосах фонда МВФ; б) предусматривала удвоение капитала фонда; в) предусматривала обсуждение вопроса по пересмотру самой формулы для того, чтобы она более справедливо и адекватно отражала роль, удельный вес развивающихся стран мировой экономики и, соответственно, тогда бы повысилась их доля в голосах и в капитале МВФ. И уже на протяжении пяти лет США фактически блокируют это решение. Блокируют – потому что отказываются ратифицировать 14-ю корректировку квот.
Ясно, что если юань приобретает статус резервной валюты – это дополнительный аргумент в пользу того, чтобы повысить долю Китая и в капитале, и в голосах. Таков единственный рациональный аргумент в пользу желания Китая получить статус для своей денежной единицы.
Мировая резервная валюта одна, она называется доллар. Корзина, о которой идёт речь, – это корзина валют, на основании которых создаются так называемые специальные права заимствования (или СДР), то это фактически денежная единица МВФ. Включение юаня в состав этих валют (доллар, фунт, иена, евро), во-первых, повысит его международную репутацию. Во-вторых, будет способствовать притоку в него – будет больше покупок юаня, и соответственно его некоторому укреплению.
Конечно, большое укрепление юаня может плохо отразиться на китайской экономике. Но я думаю, что Китайский национальный банк сможет противодействовать этой тенденции, и укрепление будет не особо сильным.
Введение дополнительных валют в международные расчёты – позитивно, потому что зависеть от одной валюты – порок, плоды которого мы сейчас пожинаем.
Конечно, например, свопы – это альтернатива существующей системе международных расчётов, основанной на долларах и вообще на валютах так называемых развитых стран. Но есть и свои минусы. Бесконечное количество свопов будет достаточно тяжело для расчётов: представляете, что будет, если все будут вести в валютных свопах свои расчёты. Это можно вообще сойти с ума. Какие альтернативы? Доллар не подходит. Юань тоже – это замена шила на мыло. Деньги, которые будет выпускать МВФ, – это однозначное создание мирового правительства, глобальная мафия, которая просто поглотит весь мир.
Что же делать? Нужно вернуться к идее Международной клиринговой палаты, которая была озвучена ещё в 1944 году Джоном Мейнардом Кейнсом. И именно она должна была лежать в основе Бреттон-Вудской системы, но тогда США нажились на войне и внедрили в качестве международной расчётной валюты доллар. В чём было изначальное предложение? В том, что создаются международные клиринговые палаты, гигантская бухгалтерия, которая занимается учётом расчётов между различными странами. Предлагалось создать учётную единицу, так называемый банкор, которую нельзя было изымать в качестве самостоятельной ценности. Она не имела физического вида, просто запись в компьютере. Смысл в том, чтобы к концу какого-то отчётного периода нужно было свести балансы к нулю. Предположим, мы поставили зерно в Египет, а Египет нам в ответ поставил бананы. Значит, суммы равны, торговые балансы выровнялись. Все довольны и получили своё преимущество. Выровнять все торговые балансы, чтобы никто не начинал торговые и экономические экспансии. Это форма гармонизации экономических отношений и фактическая ликвидация мировых ростовщиков. Понятно, почему тогда всё это не прошло. Но сейчас самое время вернуться к этому.
Мы, Институт высокого коммунитаризма, обновили идею международной клиринговой палаты. Это справедливая форма мировых расчётов, где никто не получает преимуществ и все оказываются в равных возможностях. Для того чтобы выравнивать торговые балансы, предполагалось, в том числе и Кейнсом, что нельзя выходить за определённые лимиты. И за превышение дебетовых или кредитовых сальдо, то есть своих внешнеторговых расчётов, – соответствующие штрафные санкции. А эти доходы изымаются и идут в пользу бедных стран, помогая им выравнивать экономику. Здесь единственное преимущество получает та страна, которая начинает этот процесс, потому что в стратегии имеет преимущество тот, кто устанавливает правила, имея возможность их менять. И второй пункт. В основу банкора, для выполнения обязательств, предполагается товарное наполнение или гарантии в виде взносов, например, в драгметаллы. Предположим, 10% от суммы годовых внешнеторговых расчётов, которые стоило бы депонировать в каком-то хранилище. В качестве хранилища идеально подошла бы Россия как центр мира, как евразийская держава.
Первого октября 2016 года произошло событие, которое нечасто случается в международной валютно-финансовой сфере, но которое, безусловно, можно отнести к разряду знаменующих собой важные структурные сдвиги и имеющих далеко идущие долгосрочные последствия. Китайский юань официально включен в корзину ключевых международных валют, на основе которой рассчитывается стоимость специальных прав заимствования (Special drawing rights, SDR) Международного валютного фонда. Последний раз состав корзины менялся в 1999 г. в связи с введением евро.
В новой корзине китайский юань потеснил иену и фунт, но наиболее заметно сократился вес евро (почти на 6,5%). При этом доля доллара США практически не претерпела изменений. Вес валют в корзине SDR после включения юаня распределился следующим образом:
– доллар США – 41,73 % (41,9% до включения юаня);
– евро – 30,93% (37,4%);
– китайский юань – 10,92%;
– японская иена – 8,33% (9,4%);
– британский фунт – 8,09% (11,3%).
Де-факто это событие означает, что отныне юань поставлен в один ряд с долларом США, евро, японской иеной и британским фунтом. При этом впервые в корзину резервных валют МВФ включена национальная валюта не развитой страны, как это было ранее, а страны с развивающимся рынком. Кроме того, юань пока что не является свободно конвертируемой валютой. Китайские власти будут стремиться увеличить конвертируемость юаня к 2020 г. Согласно другим прогнозам процесс перехода к полной конвертируемости юаня может затянуться на 10-15 лет.
По мнению директора-распорядителя МВФ К.Лагард, включение юаня в корзину резервных валют имеет историческое значение для SDR, МВФ, Китая и международной валютной системы . В Китае включение национальной валюты в корзину SDR расценивают как важный поворотный момент, который станет катализатором роста спроса на юань во всем мире, а значит, будет способствовать его дальнейшей интернационализации и выполнению миссии по совершенствованию международной валютной системы.
Сам по себе факт вхождения китайской валюты в состав корзины МВФ автоматически не делает юань мировой резервной валютой. Однако это событие отражает прогресс, которого добился Китай в реформировании своей денежно-кредитной, финансовой и валютной систем, и подкрепляет его, а также является признанием роли и значения КНР в глобальной экономике.
Последствия включения китайской валюты в число резервных в полной мере проявятся лишь в долгосрочной перспективе и могут оказаться весьма масштабными и значимыми для мировой валютно-финансовой системы. Теоретически, сам факт включения может содействовать уже идущему процессу расширения международного использования юаня, снимая ряд технических барьеров на этом пути. Тем не менее, применительно к китайской валюте мнения экспертов относительно возможных последствий разделились. Одни полагают, что в краткосрочной перспективе никаких кардинальных изменений не произойдет, по крайней мере, до тех пор, пока Китай не осуществит дальнейшую либерализацию финансового сектора и не сделает юань свободно конвертируемым. Другие считают, что спрос на китайскую валюту и вложения в юань вырастут уже в ближайшее время.
На сегодняшний день китайский юань уже входит в состав официальных валютных резервов: по данным МВФ, 38 из 130 центробанков мира уже включили юань в состав своих резервов. Согласно последнему опросу, проведенному МВФ, доля юаня в золотовалютных резервах центробанков составила менее 1,1% , что меньше, чем доли австралийского и канадского долларов. На доллар США приходится 63,4% мировых резервов (с открытой структурой), на евро – 20,2%, на британский фунт и иену – по менее 5%, а на канадский и австралийский доллары – немногим менее 2%.
Включение юаня в корзину МВФ будет содействовать увеличению спроса на китайскую валюту со стороны центробанков и других государственных инвесторов (например, суверенных фондов благосостояния) в целях диверсификации их валютных активов. По некоторым оценкам , доля юаня в мировых резервах может возрасти до 5% к 2020 г. (свыше 375 млрд. дол), что позволит обойти резервы в британском фунте и японской иене. Хотя мировые центробанки не обязаны повторять структуру корзины МВФ, но если предположить, что увеличение вложений будет коррелироваться с удельным весом юаня в данной корзине (10,9%), то его доля в мировых резервах может быть и больше и составить прядка 800 млрд. дол (или примерно половину нынешних активов центробанков в евро).
Вслед за официальными госструктурами интерес к юаню могут проявить и частные институциональные инвесторы. Рост их вложений в юаневые активы только на 1% может привести к увеличению спроса на них к 2020 г. почти на 200 млрд. дол.
В целом по наиболее консервативным оценкам ожидаемый к 2020 г. рост спроса на активы, деноминированные в китайской валюте, со стороны государственных и частных инвесторов может составить порядка 600 млрд. дол, а по более оптимистичным прогнозам – до 1 трлн. дол.
В целях упрощения операций с юанем за рубежом Китай в последние годы активно создает офшорные клиринговые центры – т.н. «юаневые хабы». Клиринговый центр позволяет нерезидентам получить доступ к юаням и различным финансовым инструментам, номинированным в юанях, осуществить платежи и расчеты в юанях с китайскими компаниями и банками, в том числе на клиринговой основе. В настоящее время Китай уже имеет свыше 20 зарубежных клиринговых центров по всему миру, включая как близлежащие страны (Южная Корея, Таиланд, Малайзия), так и европейские государства (Великобритания, Германия, Франция, Люксембург), а также Австралию, Канаду, Катар, Чили. В сентябре 2016 г. нью-йоркский филиал Bank of China стал клиринговым банком по юаневым транзакциям в США, а московский АйСиБиСи Банк (российская «дочка» китайского ICBC Bank) – клиринговым банком по операциям в юанях на территории России.
По данным SWIFT, в совокупном объеме платежей, проходящих через эту международную систему, доля юаня в июле-августе текущего года составила 1,9%, что обеспечило ему пятую позицию среди ведущих мировых валют после доллара, евро, фунта и иены . Отставание от идущей на четвертом месте иены, на долю которой приходится порядка 3,4% расчетов, пока что велико и сложно спрогнозировать, когда будет преодолен этот разрыв.
В августе 2015 года юань уже обходил японскую иену и занимал четвертое место среди ведущих мировых валют с рекордной для себя долей расчетов в 2,79%. Однако последовавшая затем девальвация юаня наряду с сохраняющейся до сих пор высокой волатильностью китайской валюты и замедлением темпов роста китайской экономики сделали юань менее популярной расчетной единицей. Разумеется, доля юаня в международных расчетах несопоставимо мала как по сравнению с долларом (40-42% платежей) или евро (30-31%), так и с долей Китая в мировой экономике и торговле. При этом не стоит отрицать и впечатляющий рост международного использования юаня за последние годы. Если в начале 2013 г. он занимал 13 место с долей в 0,63% международных расчетов, то в настоящее время юань занимает по этому показателю пятое-шестое место. По итогам первого полугодия 2016 г. юань является второй после иены валютой расчетов в регионе АТР. При этом разрыв между валютами – минимальный.
Согласно данным Банка Международных Расчетов (БМР) , на международном валютном рынке юань – наиболее торгуемая валюта стран с развивающимися рынками. Средний дневной оборот юаня на рынке форекс в пересчете на доллар с апреля 2013 г. по апрель 2016 г. увеличился почти в два раза – со 110 до 202,0 млрд. дол. За указанный период операции с китайской валютой выросли с 2,2% до 4% от среднего дневного оборота рынка форекс.
Сформировавшаяся в последние годы тенденция более широкого международного использования юаня позволяет рассматривать ее как одну из наиболее важных для мирового валютно-финансового рынка с момента введения евро. Следовательно, она не могла не найти соответствующего международного признания в виде включения в корзину МВФ. Вместе с тем, включение китайской валюты в пул резервных валют налагает на КНР дополнительные обязательства по повышению транспарентности в части раскрытия структуры своих валютных резервов и запасов золота. В частности, пока что Китай раскрывал структуру своих резервов лишь частично, но, как ожидается, будет постепенно повышать прозрачность в этом вопросе. В этом же ключе стоит рассматривать продолжающуюся работу между БМР и соответствующими китайскими структурами по совершенствованию предоставления статистики о банковской системе Китая.
Юань фактически находится на начальной стадии длительного, сложного и многогранного процесса продвижения к статусу полноценной резервной валюты, включающего многочисленные проблемы и риски, а также спады и подъемы. Вряд ли стоит ожидать резкого изменения спроса на юани в ближайшей перспективе, да к этому Китай пока не стремится в сложившихся условиях. Дальнейшая либерализация рынка капитала сложна для КНР по причине сохранения высокого риска оттока капитала, который способен оказать негативное воздействие на экономику Поднебесной, а через нее и на всю мировую экономику. Для Китая принципиально важно стабилизировать ситуацию на валютно-финансовом рынке, а для этого необходимо время. Устойчивость валюты и время требуются также для того, чтобы инвесторы поверили в надежность юаня. Можно предположить, что с учетом сложившихся тенденций в ближайшей перспективе КНР скорее предпочтет занять выжидательную позицию, сосредоточив усилия на решении краткосрочных проблем, сократив при этом темпы интернационализации юаня.
Факт включения юаня в корзину МВФ можно рассматривать под разными углами зрения. Это и шаг по пути дальнейшей интеграции Китая в международную валютно-финансовую систему, и одновременно определенный посыл в сторону Пекина, призванный убедить его в необходимости дальнейших шагов в сторону свободной конвертируемости юаня.
Теперь состав корзины МВФ является более диверсифицированным и всесторонне отражает текущее положение мировых валют и состояние глобальной экономики, что обеспечит ей дополнительную защиту от курсовой волатильности и повысит ее значимость для мировой экономики.
Китай же подтверждает свое намерение более активно участвовать в решении вопросов глобальной валютно-финансовой повестки и одновременно готовность не сворачивать с пути реформ и дальнейшей либерализации финансового рынка. При этом у КНР есть понимание того, что в дальнейшем международное сообщество будет оценивать финансовые реформы Китая по более высоким стандартами и в соответствии с более высоким уровнем международной ответственности.
Это условная расчетная единица фонда, эмитируемая МВФ в безналичной форме. Сфера ее применения ограничена счетами внутри МВФ. SDR играет роль дополнительной ликвидности, необходимой для регулирования сальдо платёжных балансов стран-членов фонда, для покрытия дефицита их платежных балансов, а также в качестве международных резервов и выполнения расчётов по кредитам МВФ. Все эти операции производятся только на межгосударственном уровне или между правительством стран и МВФ.
МВФ включил юань в корзину ключевых международных резервных валют, подтвердив свою уверенность в перспективах второй по величине мировой экономики и открыв возможности для дальнейшей интернационализации китайской валюты
Директор Международного валютного фонда (МВФ) Кристин Лагард и два десятка членов исполнительного совета фонда на заседании в Вашингтоне в понедельник включили большинством голосов китайский юань в корзину ключевых международных валют, на основе которой рассчитывается стоимость специальных прав заимствования (SDR) МВФ. Таким образом, юань примкнул к престижному клубу доллара США, евро, иены и фунта стерлингов, которые образуют искусственное резервное и платежное средство, созданное МВФ в 1969 году. Структура корзины SDR пересматривается каждые пять лет.
Решение МВФ вступает в силу в октябре 2016 года. Юань станет третьей по весу валютой в корзине (10,92%), сократив больше всего долю евро (после включения новой валюты его вес составит 30,93% против 37,4% до этого). Крупнейшую долю в корзине сохранит доллар — 41,73%. Доли иены и фунта составят 8,33 и 8,09% соответственно. До включения юаня доля доллара в корзине SDR составляла 41,9%, фунта стерлингов — 11,3% и иены — 9,4%.
Отступление от критериев
В середине ноября Лагард и эксперты фонда рекомендовали включить юань в пул резервных валют. Они объяснили свою позицию тем, что юань отвечает двум критериям фонда. Во-первых, играет значимую роль в международной торговле; во-вторых, соответствует «критерию свободного обращения». Иными словами, юань должен широко использоваться в международных транзакциях, активно торговаться на крупнейших валютных рынках, быть представленным в официальных валютных резервах и международных банковских обязательствах. Последнее — достаточно спорное утверждение, отмечают некоторые авторитетные экономисты.
По ряду показателей, отражающих масштаб глобального использования юаня, таких как использование его центробанками в качестве резервной валюты, а также как средства заимствования на долговых рынках, китайская валюта уступает австралийскому и канадскому доллару, не входящим в корзину SDR.
Так, согласно июльскому обзору МВФ, он уступает четверке из корзины SDR и этим валютам в списке самых востребованных резервных валют. При этом доля юаня в структуре международных официальных резервов составила всего 1,1% против 63,7% у доллара США. Кроме того, юань не вошел в пятерку мировых валют, наиболее активно используемых на валютном и долговом рынках.
Интернационализация юаня
В августе доля юаня в международных платежах (по стоимости транзакций) составила 2,79% (против 2,34% в июле), что позволило ему впервые в истории обойти по этому показателю японскую иену, следует из данных межбанковской системы передачи информации SWIFT. Таким образом, китайская валюта стала четвертой в топе самых используемых мировых валют по итогам отчетного месяца, уступив доллару США, евро и фунту стерлингов.
Готовясь к голосованию в МВФ, Китай принял ряд мер для обеспечения соответствия юаня «критерию свободного обращения». Так, Пекин открыл доступ к внутреннему валютному рынку и рынку облигаций для зарубежных центробанков, повысил роль последнего в определении ежедневного торгового диапазона своей валюты. Но эти меры были введены лишь недавно, и они пока еще не прошли серьезной проверки.
Критики решения МВФ, такие как Эдвин Труман, бывший сотрудник Минфина США, а ныне — аналитик Института мировой экономики Петерсона (Вашингтон), утверждают, что фонд пошел на целую серию уступок Китаю в последние месяцы в связи с SDR, главным образом для поддержания хороших отношений с Пекином. Они оказались особенно актуальными в свете недовольства Китая ситуацией с перераспределением системы квот и голосов в фонде. Согласованные в 2010 году реформы были заблокированы конгрессом США, что в итоге побудило Китай заняться созданием институтов, альтернативных МВФ и Всемирному банку. По словам Трумана, величину, на которую укрепился юань, нельзя назвать достаточной для включения китайской валюты в корзину SDR.
Политизированное решение
«Им [МВФ] пришлось отойти от своих критериев», — говорит об МВФ Труман. По словам Эсвара Прасада, бывшего главы китайского отдела аппарата МВФ, если бы речь шла о включении в корзину SDR какой-либо иной валюты, фонд бы не принял положительного решения. «Вполне очевидно, что руководство и сотрудники МВФ стремились отойти от правил, вместо того чтобы изменять их, — говорит Прасад. — Если учесть то, как МВФ нуждается в Китае, у них не было особого выбора».
Китай — крупнейшая мировая экономика по паритету покупательной способности, и без признания ее значения для международной экономической системы глобальная легитимность МВФ была бы неполной. Включение юаня в корзину SDR — крайне политизированное решение, рассказывали FT несколько западных дипломатов в Пекине. По их словам, в последнее время Пекин очень эффективно продвигал это решение, не заботясь о том, отвечает ли юань необходимым для включения в корзину SDR критериям или нет.
Однако руководство МВФ подчеркивает, что пересмотр состава валютной корзины — сугубо техническая процедура, которая отражает такие практические аспекты, как использование юаня в транзакциях между членами фонда. «В этом нет никакой политики», — заявил FT высокопоставленный чиновник фонда на условиях анонимности.
Данное решение — свидетельство уверенности фонда в перспективах второй по величине мировой экономики, которая последовательно укрепляет статус своей национальной валюты и расширяет ее использование в международных расчетах. Чиновники и крупнейшие акционеры МВФ утверждают, что уже одно стремление Китая добиться включения юаня в корзину SDR способствовало реализации в стране целой серии масштабных преобразований. Они упрочили позиции китайских реформаторов и закрепили значимые структурные изменения.
Однако китайские источники Reuters считают, что решение МВФ дает китайским консерваторам от экономики доводы препятствовать дальнейшим значимым реформам, ссылаясь на последствия вступления Китая в ВТО. Замедление китайской экономики ударит по тем, кто сегодня утверждает, что включение юаня в корзину SDR, напротив, придаст ей импульс. С начала года юань ослаб к доллару на 3% и по его итогам может продемонстрировать крупнейшее падение с 2005 года, когда КНР отказалась от привязки своей валюты к доллару.
Дополнительные условия
МВФ, судя по всему, будет добиваться от Китая дальнейших уступок, чтобы сгладить процесс включения юаня в корзину SDR, сказал Bloomberg Доменико Ломбарди, директор экономической программы Международного центра по вопросам глобального управления в Ватерлоо (Онтарио). Скорее всего, МВФ будет добиваться дополнительных гарантий доступности обменного курса юаня и привязанных к нему процентных ставок.
МВФ также может попробовать добиться от ЦБ КНР обязательств воздерживаться от валютных интервенций, что сделает решение о включении юаня в корзину SDR более приемлемым для других стран. «Условия членства в МВФ противоречат тому, что в Китае существует контроль над движением капитала, но ключевым в этом вопросе станет обязательство, которое возьмет на себя ЦБ КНР», — объясняет Ломбарди.
Что такое SDR
SDR — искусственное резервное и платежное средство, созданное МВФ в 1969 году как дополнение к существующим резервным активам стран — членов фонда. Каждая из них имеет право использовать любую из валют корзины для регулирования сальдо платежных балансов, покрытия дефицита платежного баланса, пополнения резервов, расчетов по кредитам МВФ.
Исполнительный совет, который определяет политику и отвечает за большинство решений, состоит из 24 исполнительных директоров, назначаемых восемью странами с наибольшими квотами в фонде — США, Японией, Германией, Францией, Великобританией, Китаем, Россией и Саудовской Аравией. Остальные 176 стран представлены 16 группами, каждая из которых выбирает по исполнительному директору.
Исполнительный совет, который заседает более 200 раз в год, как правило, принимает решения на основе консенсуса, а не формального голосования. Марк Собел, исполнительный директор от США, подотчетный администрации Обамы, — самый влиятельный из членов совета (квота США дает стране 17% голосов при принятии решений в рамках фонда). Квоты стран G7 дают им совокупные 43% голоса, тогда как квота Китая дает стране лишь 3,8% голосов.
Продвижение юаня в США
В понедельник, 30 ноября, в США образована рабочая группа, которая будет работать над тем, чтобы американские компании имели возможность осуществлять расчеты и принимать платежи в юанях, пишет WSJ со ссылкой на владельца Bloomberg LP Майкла Блумберга, который стал председателем группы. Данная инициатива призвана снизить издержки на транзакции и способствовать укреплению торговых и деловых связей с Китаем.
В рабочую группу вошли представители следующих компаний и структур: Минфин США, Bank of America Corp., Bank of New York Mellon Corp., Citigroup Inc., Goldman Sachs Group Inc., JP Morgan Chase & Co., Morgan Stanley, Wells Fargo & Co., Agricultural Bank of China Ltd., Bank of China Ltd., Bank of Communications Co., China Construction Bank Corp. и Industrial & Commercial Bank of China Ltd.
В конце ноября 2015 г. совет директоров МВФ принял решение включить китайский юань в корзину резервных валют. По словам директора-распорядителя Фонда Кристин Лагард, это свидетельство признания того прогресса, которого китайские власти добились за последние годы в реформировании валютной и финансовой систем страны. Решение вступит в силу 1 октября 2016 г.
Как известно, до последнего времени в качестве резервных валют корзины Специальных прав заимствования (СДР) использовались доллар США, евро, британский фунт стерлингов и японская иена. Согласно сообщениям из МВФ, юань получит в корзине валют долю в размере 10,92%, что превысит как долю британского фунта — 8,09%, так и долю японской иены — 8,33%. Доля доллара США, несмотря на снижение, останется самой большой — 41,73%, доля евро составит 30,93%.
Китайский юань уже считается в последние годы «свободно используемой валютой», поскольку применяется в расчетах по всему миру. По данным межбанковской системы передачи информации SWIFT, к концу лета 2015 г. доля юаня в международных расчетах выросла до 2,79% и, таким образом, по этому показателю он впервые обошел японскую иену. В 2010 г. при последнем пересмотре состава корзины валют МВФ отказал Пекину во включении юаня в престижный перечень, аргументировав это тем, что китайская валюта на тот момент не соответствовала требованию о свободном использовании. За последние пять лет юань совершил впечатляющий прогресс в качестве расчетной валюты, переместившись с 35-го места в конце 2010 г. на пятое в 2015 г. При этом в Азиатско-Тихоокеанском регионе при расчетах он стал самой распространенной валютой.
Готовясь к голосованию в МВФ, Китай открыл доступ к внутреннему валютному рынку и рынку облигаций для иностранных центральных банков, была усилена роль банка Китая в определении ежедневного торгового коридора для юаня. Однако эти меры, принятые для обеспечения соответствия юаня «критериям свободного обращения», еще должны пройти проверку временем.
Решение о включении юаня в валютную корзину СДР вызвало различные оценки у мировых аналитиков. Никто не оспаривает очевидные успехи Поднебесной за последние десятилетия, которая стала серьезным конкурентом ведущих мировых экономик, а в 2010 г. вышла на первое место в мире по экспорту товаров. Вместе с тем в настоящий момент по мере торможения экономического роста китайская экономика создает проблемы для финансовых и сырьевых рынков. Если в ближайшие годы замедление китайской экономики продолжится, то это опровергнет аргументы тех, кто сегодня полагает, что включение юаня в состав СДР придаст ей позитивный импульс.
Как заявил сразу после исторического решения МВФ заместитель управляющего Народным банком КНР И Ган, страна готова справляться с возможными рисками, которые могут появиться после включения юаня в корзину мировых валют, в частности, удерживать стабильный курс юаня. Следует заметить, что речь идет о довольно серьезных обязательствах. Так, МВФ может потребовать от Пекина строго воздерживаться от валютных интервенций, а также отказаться от контроля за движением капитала.
Беспрецедентно быстрый подъем экономики Китая и растущее использование юаня в международных расчетах, однако, недостаточны для включения его национальной валюты в корзину СДР.
Оказалось, что по ряду показателей, как, например, использование центральными банками государств в качестве резервной валюты или как средства заимствования на рынках капитала, китайский юань уступает канадскому и австралийскому доллару, которые не входят в корзину валют Фонда. По последним данным МВФ, доля юаня в структуре международных валютных резервов составила лишь 1,1%, в то время как у доллара США этот показатель составил 63,7%. Кроме того, юань будет отличаться от других резервных валют тем, что останется пока единственной резервной валютой с фиксированным курсом. Юань нельзя будет продавать и покупать свободно. Лишь в 2020 г. китайская национальная валюта должна стать свободно конвертируемой. Эксперты говорят, что если бы речь шла не о китайском юане, а о валюте другого государства, то Фонд не согласился бы на такие уступки.
Последнее наводит на мысль, что МВФ пошел на определенные поблажки Китаю и что его решение о включении юаня в корзину валют политизировано. Такое мнение высказывалось, в частности, представителями весьма авторитетного Института мировой экономики Петерсона в Вашингтоне. Эти уступки могли быть обусловлены стремлением сгладить недовольство Пекина сложившейся ситуацией с перераспределением голосов и квот в МВФ.
Как известно, согласно решению МВФ в 2010 г., квота стран БРИК в Фонде увеличивалась с 10,71% до 14,18%, соответственно возрастали доли Китая и России. Однако согласованные тогда реформы МВФ были заблокированы американским конгрессом. Это, в свою очередь, побудило Пекин заняться созданием альтернативных валютно-финансовых институтов, что весьма нежелательно для существующей мировой финансовой системы, в значительной степени контролируемой США.
Однако с точки зрения руководства МВФ очередное реформирование валютной корзины не более чем техническая процедура, ибо отражает такие очевидные реалии, как использование юаня в транзакционных операциях между членами Фонда. Вместе с тем позиция МВФ, безусловно, свидетельствует о его уверенности в перспективах китайской экономики, которая в последние годы уже «дышит в спину» американской. По большому счету, МВФ не мог не включить валюту второй в мире экономики в почетный список валют СДР, поскольку это целесообразно для сохранения глобальной легитимности Фонда.
1. Специальные права заимствования (Special Drawing Rights – SDR) были учреждены в качестве собственной валюты МВФ в 1969 г. на основе тогдашней корзины резервных валют.
