Георгий Шторм
На поле Куликовом
Нашествие Батыя
В 1236 году, весной, с верховьев Иртыша и склонов западного Алтая двинулись войска монголов. Их кони имели в изобилии корм и воду. Но кочевникам этого было мало. Они срубали вековые деревья, кормили листвою коней, а корою - баранов и оставляли позади себя пустыню, где уже более не росла трава.
Это была как бы перекочевка. Десятки тысяч семейств гнали с собой стада, тащили военные орудия.
Их вел внук Чингисхана, сын старшего сына, Батый.
Монголы покоряли на своем пути племена и народы и сколачивали из них новые боевые отряды.
Орды кочевников шли покорять Европу. За тринадцать лет перед этим им удалось дойти до Руси и выиграть битву на Калке. Монголы впервые столкнулись тогда с русским народом. Они поняли, что народ этот храбр и опасен в бою, но постоянно страдает от междоусобий. Они шли завоевывать Русь, зная, что ее отдельные и сильные княжества разорены и не могут противостоять сплоченному врагу.
Вооружение монгольских орд состояло из кривых сабель, луков, стрел, секир и пик с крючьями для стаскивания с седел неприятельских всадников.
Каждый воин имел при себе пилку для затачивания стрел (острия их, кроме того, закалялись в огне и затем заливались водой с солью), имел также иголки, нитки и сито для процеживания мутной воды.
Воинам отборных отрядов выдавались кожаные либо железные шлемы и щиты из вареной кожи буйволов. При осаде города монголы надевали на себя кожаные будочки и подходили в них к самым крепостным стенам, неуязвимые для неприятельских стрел.
Монголы, или, как их правильнее называть, монголо-татары, применяли «пороки»: так назывались на Руси стенобитные машины и баллисты - пращи для метания камней. В армии монголов было вдоволь глиняных ядер с налитою в них нефтью, чугунных горшков, начиненных порохом, и «огненных копий», то есть зажигательных ракет. Они умели устраивать наводнения, вести подземные ходы и подкопы, разрушали стены городов, разбивая их каменными глыбами, и заваливали рвы мешками с землею при помощи метательных машин.
Воины были разделены на десятки, сотни, тысячи и десятки тысяч. В войске поддерживалась строжайшая дисциплина: за неисполнение приказа или бегство от врага грозила смертная казнь.
Монгольские войска не возили с собой фуража, и кони их обычно питались только травою. Отсюда возникла легенда, что монголо-татары кормят лошадей целого отряда одним мешком ячменя.
Все завоевания этого народа совершались главным образом конницей. В конном строю орда проходила бескрайние степи. Несметные конские табуны следовали за нею в тучах пыли, ибо каждый воин имел в походе до пяти и более запасных коней.
Конница была разделена на легкую и тяжелую. Первая начинала битву метанием стрел и дротиков, вторая не занималась перестрелкой, а действовала лавой и наносила главный удар. Армия монголо-татар имела правильный строй; в сражение вступали несколько линий, вводимых в бой постепенно; в самом конце битвы бросались на врага свежие резервы. Приступая к осаде города, монголы окружали его частоколом; это служило защитой от вылазок осажденных, от их стрел и камней.
Монголо-татарские воины были искусными стрелками из лука: на полном скаку они поражали врага без промаха и одинаково ловко спускали тетиву правой и левой рукой.
Они строили пирамидальные башни, иногда достигавшие высоты шестидесяти метров, и, взбираясь на них, наблюдали за жителями осажденных городов.
При переходе горных ущелий они делали мосты из связанных железных копий.
Когда войскам приходилось передвигаться ночью, это совершалось в полном безмолвии: воины держали во рту тряпичные кляпы, и особые узды надевались на коней, чтобы они не могли ржать. Целые тучи стрел высыпали монголы на врага, стремясь не давать ему передышки. Трупы убитых татарами людей были так утыканы стрелами, что видом своим напоминали ежей.
Монголы были хитры, ловки, изобретательны. Жестокостью и коварством они приводили в трепет встречавшиеся на пути народы.
«Если осажденный город не сдастся прежде того, как начнут метать камни и стрелы, то по взятии вырубить оный» - так учили монгольские ханы, и правило это свято исполняли их войска.
* * *Часть Батыевых сил двинулась к Средней Волге, победила мордву и сожгла главный город Булгарского царства близ устья Камы.
Остальная орда, пройдя Половецкую степь, разбив кабардинцев и половцев и сделав набег на Чернигов, осталась кочевать на притоках Дона, у рубежа Рязанской земли.
Батый решил напасть на северо-восточную Русь зимой, когда деревья уже сронили лист и в лесу легче избежать засады, когда болота и топи замерзают, а снег заносит крепостные рвы, облегчая взятие городов.
И вот легла зима. Пришли по санному пути к рязанским князьям Юрию и Олегу татарские послы и сказали:
Дайте нам десятину (десятую часть) от всего, что имеете: от людей, оружия и коней.
А коней потребовали разных: белых, вороных, бурых, рыжих и пегих, потому что отряды татарской конницы различались по масти.
Рязанские князья выехали навстречу вражеской рати и отвечали:
Когда нас всех не будет в живых, тогда все ваше будет.
После этого орда хлынула потопом на Рязанскую землю «в бесчисленном множестве, как саранча».
Напрасно Юрий Рязанский просил Юрия Владимирского: «Или сам бы пришел, или воинов своих прислал», - князь не сделал ни того, ни другого. Не помогли и северские и черниговские князья, не простившие рязанцам их отказа участвовать в битве на Калке. Не поддержанное никем, мужественное рязанское ополчение было разбито, и татары в декабре осадили Рязань.
Этот город находился в тридцати двух километрах по Оке от Рязани нынешней, называвшейся тогда Переяславлем Рязанским. Это была Старая Рязань.
Татары приступили к ней со стенобитными машинами, осадными лестницами и целыми отрядами метателей огня.
Горожане отчаянно защищались, но на шестой день осады враг разбил деревянные стены таранами и сквозь дым и пламя ворвался в город.
Тысячи мужчин, женщин и детей были убиты. Одних рассекали мечами, других для забавы расстреливали из луков, третьих связывали и бросали в огонь.
Когда весь город был обращен в пепел и на пожарище не осталось «ни стонущего, ни плачущего», орда ушла дальше, за Оку.
Легенда о Коловрате
По преданию, в это самое время приехал в свой родной разоренный город рязанский боярин Евпатий Коловрат.
Сердце его сжалось при виде чудовищного разгрома.
Быстро собрал он в окрестностях города тысячу семьсот человек и с небольшой этой дружиной бросился догонять орду.
Русские нагнали татар в Суздальской земле, внезапно налетели на них и начали сечь без милости. Они рубили их так, что мечи рязанские тупились. Тогда дружинники хватали мечи татарские и поражали ими врагов.
Старинная «Повесть о разорении Рязани Батыем» говорит, что татары стояли, как пьяные; им казалось - это рязанские мертвецы восстали. С трудом смогли они захватить пять смельчаков, изнемогших от ран.
Их привели к Батыю, и хан спросил, кто они.
Мы слуги князя Рязанского, - ответили пленные, - а воины Евпатиева полка. Нам велено проводить тебя с честью, как русские обычно провожают от себя чужеземцев: стрелами и копьями.
Тогда Батый послал шурина своего Таврула с сильным отрядом, чтобы уничтожить горсть храбрецов.
Предание говорит, что Таврул и Евпатий съехались один на один, но Коловрат, «исполин силою», рассек противника надвое «до седла».
Татары ничего не могли сделать с отважной дружиной. Только окружив ее и поставив на сани до ста метательных орудий, засыпав рязанцев камнями и стрелами, удалось им убить Коловрата и почти всех его людей.
Тогда собрались татарские мурзы во главе с Батыем и, оглядывая раненых пленников, стали говорить:
Мы со многими царями во многих странах сражались, а таких удальцов не видали. Это люди крылатые и бессмертные - так крепко и мужественно они бьются: один - с тысячею, а два - с тьмою.
А Батый сказал:
О, Евпатий Коловрат, здорово ты со своею малою дружиной меня пощипал, многих богатырей моих побил, и множество воинства от твоей руки пало! Если бы такой, как ты, у меня служил, держал бы я его против самого своего сердца. - И приказал выдать его тело израненным пленным рязанцам и отпустить их, не причиняя им никакого вреда.
Из Рязанской земли Батый двинулся на Владимир, но не прямым путем, а через Коломну и Москву.
Под Коломной он разбил владимирскую рать под начальством Всеволода, сына Юрия, а разорив Москву, взял в плен другого его сына - Владимира. Отступать к Москве Юрий больше не мог - этот путь был отрезан. Князь ушел за Волгу собирать войско. А тем временем пали Владимир и Суздаль, и все Владимирское княжество оказалось во власти татар.
В сборник включены популярные повести об известных русских полководцах и исторических деятелях.
К ЧИТАТЕЛЯМ
ПОВЕСТЬ О БОЛОТНИКОВЕ
Часть первая. ПРЕДГРОЗЬЕ
ЮРЬЕВ ДЕНЬ
КАВАЛЕР ОРДЕНА ПОДВЯЗКИ
Часть вторая. ЗА РУБЕЖОМ
ПЕРСТЕНЬ АЧЕНТИНИ
СОЛНЕЧНЫЙ ГРАД
Часть третья. ВСЕЙ КРОВИ ЗАВОДЧИК
ОТКУДА "КОМАРИНСКАЯ" ПОШЛА
ТУЛЬСКОЕ СИДЕНЬЕ
КАРГУН-ПУОЛИ - КАМЕНЬ-СТОРОНА
ПОДВИГИ СВЯТОСЛАВА
НА ПОЛЕ КУЛИКОВОМ
НАШЕСТВИЕ БАТЫЯ
ЛЕГЕНДА О КОЛОВРАТЕ
ТАТАРСКОЕ ИГО
МАМАЙ ИДЕТ НА РУСЬ
НАВСТРЕЧУ ОРДЕ
НА ПОЛЕ КУЛИКОВОМ
"МЛАДЕНЧЕСКОЕ ИГРАНИЕ"
"НЕБЫВАЕМОЕ БЫВАЕТ"
"ЧЕРТ СОВЕТОВАЛ ПРЕЖДЕ, ПУСТЬ ОН СОВЕТУЕТ И ТЕПЕРЬ!.."
"ШВЕДСКУЮ АРМИЮ ПРЕСЛЕДУЕТ СУДЬБА"
"ВСЯК ЗАЩИЩАТЬ СЕБЯ УМЕЕТ"
"ПРИШЕЛ ЧАС, КОТОРЫЙ РЕШИТ СУДЬБУ ОТЕЧЕСТВА"
"НЕПОБЕДИМЫЕ ШВЕДЫ ХРЕБЕТ ПОКАЗАЛИ"
"КАМЕНЬ ДЛЯ ОСНОВАНИЯ САНКТ-ПИТЕРБУРХА ПОЛОЖЕН!"
________________________________________________________________
К ЧИТАТЕЛЯМ
Если вас спросят, как выглядел и вел себя Лжедимитрий, вы скажете, что он был невысок ростом, рыжеволос, порывист, смышлен, находчив в разговоре. Так же уверенно вы станете утверждать, что вождь крестьянской войны Емельян Пугачев перед казнью вел себя достойно, не испугался палачей и за минуту до того, как его голова упала на плаху, улыбнулся, узнав в толпе знакомого...
Почему же это так происходит? Ведь Лжедимитрий и Пугачев жили очень давно. Откуда же такое ощущение, что мы их видели вблизи, даже, быть может, разговаривали с ними?
В этом заслуга А. С. Пушкина, сумевшего в "Борисе Годунове" и "Капитанской дочке" не просто рассказать о событиях той далекой поры, но и показать своих героев как живых, воссоздать их облик, их характеры, особенности их поведения.
Вот почему нам нужны не только учебники истории, но и художественные произведения на исторические темы. Они помогают не просто узнать что-то о той или иной эпохе, но лучше представить себе ее, почувствовать, понять.
Учебники рассказали нам о ходе Бородинской битвы, помогли представить себе, где стояли редуты и батареи. Но только благодаря стихотворению М. Ю. Лермонтова мы знаем, что чувствовал простой солдат во время Бородинской битвы, о которой "недаром помнит вся Россия". Кутузов и Наполеон, герой партизанской войны Денис Давыдов и тихий, но бесстрашный капитан Тушин - с ними мы познакомились благодаря Л. Н. Толстому. И эти люди прочно вошли в наше сознание, в нашу жизнь.
Все большие писатели посвящали истории многие страницы своих произведений. Это понятно. Писатели, как и педагоги, формируют личность, воспитывают гражданина. А стать осознающим себя и свое место в обществе гражданином невозможно без знания истории, без умения увидеть сегодняшний день в перспективе, во взаимосвязи с минувшим и с будущим.
И не случайно в нашей стране ежегодно выходят в свет сотни книг на исторические темы. Среди тех, кто положил начало исторической теме в советской литературе, А. М. Горький назвал Алексея Чапыгина, Алексея Толстого, Юрия Тынянова и Георгия Шторма.
В книге, которую вы только что взяли в руки, представлены его исторические повести.
"Повесть о Болотникове" - это то самое произведение, которое имел в виду А. М. Горький, говоря о том, что молодые советские писатели переосмысливают с новых позиций отечественную историю. Одновременно с "Повестью о Болотникове" Георгий Петрович Шторм работал над переводом и подробным комментарием "Слова о полку Игореве". Эта работа была предпринята именно в расчете на юного читателя, впервые знакомящегося с замечательным произведением древнерусской литературы.
Георгий Петрович Шторм родился в 1898 году в Ростове-на-Дону. Он окончил историко-филологический факультет Донского университета. Ему не пришлось, как это часто случается, долго и мучительно искать свое призвание и место в жизни. Он не менял профессий, не пробовал себя в разных жанрах литературы. Г. П. Шторм сразу же определился как писатель-исследователь. Архивы, старинные рукописи и книги - вот поле поисков Г. П. Шторма и его собственные писательские "университеты". Глубокое и тонкое знание истории нашей страны, подлинный исследовательский темперамент - таковы сильные стороны дарования писателя.
Ему принадлежит увлекательное исследование о творческой истории "Путешествия из Петербурга в Москву" А. Н. Радищева - книги, которую уже после ареста и ссылки автора переписывали от руки и в списках распространяли по стране. Г. П. Шторму удалось установить, что Радищев после своего возвращения из Сибири, на самом склоне лет, за два года до смерти, вернулся к своей уничтоженной, запрещенной книге, восстановил ее, сделал к ней очень важные дополнения и устроил в укромном месте ее тайную переписку. Этот полный текст "Путешествия" дошел до нашего времени. Книга Г. П. Шторма так и называется - "Потаенный Радищев".
Повесть о борьбе Киевской Руси в XI веке в союзе с Болгарией против завоевательной политики Византии ("Подвиги Святослава"), повести о победе Руси над монголо-татарской ордой ("На поле Куликовом"), о сражении со шведскими интервентами ("Полтава"), о жизни знаменитого русского флотоводца адмирала Федора Ушакова. "Страницы морской славы", а также упоминавшаяся уже "Повесть о Болотникове" и перевод "Слова о полку Игореве" - один перечень этих произведений показывает широту интересов писателя.
Остается лишь добавить, что Георгий Петрович Шторм давно печатается в издательстве "Детская литература". Его первые книги для детей и юношества вышли в свет несколько десятилетий назад. Они многократно переиздавались и помогали многим поколениям советских читателей лучше понять и полюбить историю нашей страны.
ПОВЕСТЬ О БОЛОТНИКОВЕ
Ты вставай, вставай, безымянной люд!
Выдыбай скорея со речнова дна!
Ты взойди-ко на гору, на крут шелом,
А зглени, какова мати земля стоит.
Былина о Болотникове
Ч а с т ь п е р в а я
ПРЕДГРОЗЬЕ
ЮРЬЕВ ДЕНЬ
И тем крестьянам отказывается
один срок в году: Юрьев день осенний.
Георгий Шторм
На поле Куликовом
Нашествие Батыя
В 1236 году, весной, с верховьев Иртыша и склонов западного Алтая двинулись войска монголов. Их кони имели в изобилии корм и воду. Но кочевникам этого было мало. Они срубали вековые деревья, кормили листвою коней, а корою - баранов и оставляли позади себя пустыню, где уже более не росла трава.
Это была как бы перекочевка. Десятки тысяч семейств гнали с собой стада, тащили военные орудия.
Их вел внук Чингисхана, сын старшего сына, Батый.
Монголы покоряли на своем пути племена и народы и сколачивали из них новые боевые отряды.
Орды кочевников шли покорять Европу. За тринадцать лет перед этим им удалось дойти до Руси и выиграть битву на Калке. Монголы впервые столкнулись тогда с русским народом. Они поняли, что народ этот храбр и опасен в бою, но постоянно страдает от междоусобий. Они шли завоевывать Русь, зная, что ее отдельные и сильные княжества разорены и не могут противостоять сплоченному врагу.
Вооружение монгольских орд состояло из кривых сабель, луков, стрел, секир и пик с крючьями для стаскивания с седел неприятельских всадников.
Каждый воин имел при себе пилку для затачивания стрел (острия их, кроме того, закалялись в огне и затем заливались водой с солью), имел также иголки, нитки и сито для процеживания мутной воды.
Воинам отборных отрядов выдавались кожаные либо железные шлемы и щиты из вареной кожи буйволов. При осаде города монголы надевали на себя кожаные будочки и подходили в них к самым крепостным стенам, неуязвимые для неприятельских стрел.
Монголы, или, как их правильнее называть, монголо-татары, применяли «пороки»: так назывались на Руси стенобитные машины и баллисты - пращи для метания камней. В армии монголов было вдоволь глиняных ядер с налитою в них нефтью, чугунных горшков, начиненных порохом, и «огненных копий», то есть зажигательных ракет. Они умели устраивать наводнения, вести подземные ходы и подкопы, разрушали стены городов, разбивая их каменными глыбами, и заваливали рвы мешками с землею при помощи метательных машин.
Воины были разделены на десятки, сотни, тысячи и десятки тысяч. В войске поддерживалась строжайшая дисциплина: за неисполнение приказа или бегство от врага грозила смертная казнь.
Монгольские войска не возили с собой фуража, и кони их обычно питались только травою. Отсюда возникла легенда, что монголо-татары кормят лошадей целого отряда одним мешком ячменя.
Все завоевания этого народа совершались главным образом конницей. В конном строю орда проходила бескрайние степи. Несметные конские табуны следовали за нею в тучах пыли, ибо каждый воин имел в походе до пяти и более запасных коней.
Конница была разделена на легкую и тяжелую. Первая начинала битву метанием стрел и дротиков, вторая не занималась перестрелкой, а действовала лавой и наносила главный удар. Армия монголо-татар имела правильный строй; в сражение вступали несколько линий, вводимых в бой постепенно; в самом конце битвы бросались на врага свежие резервы. Приступая к осаде города, монголы окружали его частоколом; это служило защитой от вылазок осажденных, от их стрел и камней.
Монголо-татарские воины были искусными стрелками из лука: на полном скаку они поражали врага без промаха и одинаково ловко спускали тетиву правой и левой рукой.
Они строили пирамидальные башни, иногда достигавшие высоты шестидесяти метров, и, взбираясь на них, наблюдали за жителями осажденных городов.
При переходе горных ущелий они делали мосты из связанных железных копий.
Когда войскам приходилось передвигаться ночью, это совершалось в полном безмолвии: воины держали во рту тряпичные кляпы, и особые узды надевались на коней, чтобы они не могли ржать. Целые тучи стрел высыпали монголы на врага, стремясь не давать ему передышки. Трупы убитых татарами людей были так утыканы стрелами, что видом своим напоминали ежей.
Монголы были хитры, ловки, изобретательны. Жестокостью и коварством они приводили в трепет встречавшиеся на пути народы.
«Если осажденный город не сдастся прежде того, как начнут метать камни и стрелы, то по взятии вырубить оный» - так учили монгольские ханы, и правило это свято исполняли их войска.
* * *Часть Батыевых сил двинулась к Средней Волге, победила мордву и сожгла главный город Булгарского царства близ устья Камы.
Остальная орда, пройдя Половецкую степь, разбив кабардинцев и половцев и сделав набег на Чернигов, осталась кочевать на притоках Дона, у рубежа Рязанской земли.
Батый решил напасть на северо-восточную Русь зимой, когда деревья уже сронили лист и в лесу легче избежать засады, когда болота и топи замерзают, а снег заносит крепостные рвы, облегчая взятие городов.
И вот легла зима. Пришли по санному пути к рязанским князьям Юрию и Олегу татарские послы и сказали:
Дайте нам десятину (десятую часть) от всего, что имеете: от людей, оружия и коней.
А коней потребовали разных: белых, вороных, бурых, рыжих и пегих, потому что отряды татарской конницы различались по масти.
Рязанские князья выехали навстречу вражеской рати и отвечали:
Когда нас всех не будет в живых, тогда все ваше будет.
После этого орда хлынула потопом на Рязанскую землю «в бесчисленном множестве, как саранча».
Напрасно Юрий Рязанский просил Юрия Владимирского: «Или сам бы пришел, или воинов своих прислал», - князь не сделал ни того, ни другого. Не помогли и северские и черниговские князья, не простившие рязанцам их отказа участвовать в битве на Калке. Не поддержанное никем, мужественное рязанское ополчение было разбито, и татары в декабре осадили Рязань.
Этот город находился в тридцати двух километрах по Оке от Рязани нынешней, называвшейся тогда Переяславлем Рязанским. Это была Старая Рязань.
Татары приступили к ней со стенобитными машинами, осадными лестницами и целыми отрядами метателей огня.
Горожане отчаянно защищались, но на шестой день осады враг разбил деревянные стены таранами и сквозь дым и пламя ворвался в город.
Тысячи мужчин, женщин и детей были убиты. Одних рассекали мечами, других для забавы расстреливали из луков, третьих связывали и бросали в огонь.
Когда весь город был обращен в пепел и на пожарище не осталось «ни стонущего, ни плачущего», орда ушла дальше, за Оку.
Легенда о Коловрате
По преданию, в это самое время приехал в свой родной разоренный город рязанский боярин Евпатий Коловрат.
Георгий Шторм
Нашествие Батыя
Легенда о Коловрате
Татарское иго
Мамай идет на Русь
Навстречу Орде
На поле Куликовом
Георгий Шторм
На поле Куликовом
Нашествие Батыя
В 1236 году, весной, с верховьев Иртыша и склонов западного Алтая двинулись войска монголов. Их кони имели в изобилии корм и воду. Но кочевникам этого было мало. Они срубали вековые деревья, кормили листвою коней, а корою - баранов и оставляли позади себя пустыню, где уже более не росла трава.
Это была как бы перекочевка. Десятки тысяч семейств гнали с собой стада, тащили военные орудия.
Их вел внук Чингисхана, сын старшего сына, Батый.
Монголы покоряли на своем пути племена и народы и сколачивали из них новые боевые отряды.
Орды кочевников шли покорять Европу. За тринадцать лет перед этим им удалось дойти до Руси и выиграть битву на Калке. Монголы впервые столкнулись тогда с русским народом. Они поняли, что народ этот храбр и опасен в бою, но постоянно страдает от междоусобий. Они шли завоевывать Русь, зная, что ее отдельные и сильные княжества разорены и не могут противостоять сплоченному врагу.
Вооружение монгольских орд состояло из кривых сабель, луков, стрел, секир и пик с крючьями для стаскивания с седел неприятельских всадников.
Каждый воин имел при себе пилку для затачивания стрел (острия их, кроме того, закалялись в огне и затем заливались водой с солью), имел также иголки, нитки и сито для процеживания мутной воды.
Воинам отборных отрядов выдавались кожаные либо железные шлемы и щиты из вареной кожи буйволов. При осаде города монголы надевали на себя кожаные будочки и подходили в них к самым крепостным стенам, неуязвимые для неприятельских стрел.
Монголы, или, как их правильнее называть, монголо-татары, применяли «пороки»: так назывались на Руси стенобитные машины и баллисты - пращи для метания камней. В армии монголов было вдоволь глиняных ядер с налитою в них нефтью, чугунных горшков, начиненных порохом, и «огненных копий», то есть зажигательных ракет. Они умели устраивать наводнения, вести подземные ходы и подкопы, разрушали стены городов, разбивая их каменными глыбами, и заваливали рвы мешками с землею при помощи метательных машин.
Воины были разделены на десятки, сотни, тысячи и десятки тысяч. В войске поддерживалась строжайшая дисциплина: за неисполнение приказа или бегство от врага грозила смертная казнь.
Монгольские войска не возили с собой фуража, и кони их обычно питались только травою. Отсюда возникла легенда, что монголо-татары кормят лошадей целого отряда одним мешком ячменя.
Все завоевания этого народа совершались главным образом конницей. В конном строю орда проходила бескрайние степи. Несметные конские табуны следовали за нею в тучах пыли, ибо каждый воин имел в походе до пяти и более запасных коней.
Конница была разделена на легкую и тяжелую. Первая начинала битву метанием стрел и дротиков, вторая не занималась перестрелкой, а действовала лавой и наносила главный удар. Армия монголо-татар имела правильный строй; в сражение вступали несколько линий, вводимых в бой постепенно; в самом конце битвы бросались на врага свежие резервы. Приступая к осаде города, монголы окружали его частоколом; это служило защитой от вылазок осажденных, от их стрел и камней.
Монголо-татарские воины были искусными стрелками из лука: на полном скаку они поражали врага без промаха и одинаково ловко спускали тетиву правой и левой рукой.
Они строили пирамидальные башни, иногда достигавшие высоты шестидесяти метров, и, взбираясь на них, наблюдали за жителями осажденных городов.
При переходе горных ущелий они делали мосты из связанных железных копий.
Когда войскам приходилось передвигаться ночью, это совершалось в полном безмолвии: воины держали во рту тряпичные кляпы, и особые узды надевались на коней, чтобы они не могли ржать. Целые тучи стрел высыпали монголы на врага, стремясь не давать ему передышки. Трупы убитых татарами людей были так утыканы стрелами, что видом своим напоминали ежей.
Монголы были хитры, ловки, изобретательны. Жестокостью и коварством они приводили в трепет встречавшиеся на пути народы.
«Если осажденный город не сдастся прежде того, как начнут метать камни и стрелы, то по взятии вырубить оный» - так учили монгольские ханы, и правило это свято исполняли их войска.
Часть Батыевых сил двинулась к Средней Волге, победила мордву и сожгла главный город Булгарского царства близ устья Камы.
Остальная орда, пройдя Половецкую степь, разбив кабардинцев и половцев и сделав набег на Чернигов, осталась кочевать на притоках Дона, у рубежа Рязанской земли.
Батый решил напасть на северо-восточную Русь зимой, когда деревья уже сронили лист и в лесу легче избежать засады, когда болота и топи замерзают, а снег заносит крепостные рвы, облегчая взятие городов.
И вот легла зима. Пришли по санному пути к рязанским князьям Юрию и Олегу татарские послы и сказали:
Дайте нам десятину (десятую часть) от всего, что имеете: от людей, оружия и коней.
А коней потребовали разных: белых, вороных, бурых, рыжих и пегих, потому что отряды татарской конницы различались по масти.
Рязанские князья выехали навстречу вражеской рати и отвечали:
Когда нас всех не будет в живых, тогда все ваше будет.
После этого орда хлынула потопом на Рязанскую землю «в бесчисленном множестве, как саранча».
Напрасно Юрий Рязанский просил Юрия Владимирского: «Или сам бы пришел, или воинов своих прислал», - князь не сделал ни того, ни другого. Не помогли и северские и черниговские князья, не простившие рязанцам их отказа участвовать в битве на Калке. Не поддержанное никем, мужественное рязанское ополчение было разбито, и татары в декабре осадили Рязань.
Этот город находился в тридцати двух километрах по Оке от Рязани нынешней, называвшейся тогда Переяславлем Рязанским. Это была Старая Рязань.
Татары приступили к ней со стенобитными машинами, осадными лестницами и целыми отрядами метателей огня.
Горожане отчаянно защищались, но на шестой день осады враг разбил деревянные стены таранами и сквозь дым и пламя ворвался в город.
Тысячи мужчин, женщин и детей были убиты. Одних рассекали мечами, других для забавы расстреливали из луков, третьих связывали и бросали в огонь.
Когда весь город был обращен в пепел и на пожарище не осталось «ни стонущего, ни плачущего», орда ушла дальше, за Оку.
Легенда о Коловрате
По преданию, в это самое время приехал в свой родной разоренный город рязанский боярин Евпатий Коловрат.
Сердце его сжалось при виде чудовищного разгрома.
Быстро собрал он в окрестностях города тысячу семьсот человек и с небольшой этой дружиной бросился догонять орду.
Русские нагнали татар в Суздальской земле, внезапно налетели на них и начали сечь без милости. Они рубили их так, что мечи рязанские тупились. Тогда дружинники хватали мечи татарские и поражали ими врагов.
Старинная «Повесть о разорении Рязани Батыем» говорит, что татары стояли, как пьяные; им казалось - это рязанские мертвецы восстали. С трудом смогли они захватить пять смельчаков, изнемогших от ран.
Их привели к Батыю, и хан спросил, кто они.
Мы слуги князя Рязанского, - ответили пленные, - а воины Евпатиева полка. Нам велено проводить тебя с честью, как русские обычно провожают от себя чужеземцев: стрелами и копьями.
Тогда Батый послал шурина своего Таврула с сильным отрядом, чтобы уничтожить горсть храбрецов.
Предание говорит, что Таврул и Евпатий съехались один на один, но Коловрат, «исполин силою», рассек противника надвое «до седла».
Татары ничего не могли сделать с отважной дружиной. Только окружив ее и поставив на сани до ста метательных орудий, засыпав рязанцев камнями и стрелами, удалось им убить Коловрата и почти всех его людей.
Тогда собрались татарские мурзы во главе с Батыем и, оглядывая раненых пленников, стали говорить:
Мы со многими царями во многих странах сражались, а таких удальцов не видали. Это люди крылатые и бессмертные - так крепко и мужественно они бьются: один - с тысячею, а два - с тьмою.
А Батый сказал:
О, Евпатий Коловрат, здорово ты со своею малою дружиной меня пощипал, многих богатырей моих побил, и множество воинства от твоей руки пало! Если бы такой, как ты, у меня служил, держал бы я его против самого своего сердца. - И приказал выдать его тело израненным пленным рязанцам и отпустить их, не причиняя им никакого вреда.
Из Рязанской земли Батый двинулся на Владимир, но не прямым путем, а через Коломну и Москву.
Под Коломной он разбил владимирскую рать под начальством Всеволода, сына Юрия, а разорив Москву, взял в плен другого его сына - Владимира. Отступать к Москве Юрий больше не мог - этот путь был отрезан. Князь ушел за Волгу собирать войско. А тем временем пали Владимир и Суздаль, и все Владимирское княжество оказалось во власти татар.
«Солнце погибло по всей земле!» - горестно восклицали тогда русские летописцы. А народ слагал замечательные по глубине чувства и поэтичности «плачи» о страданиях и бедах родной земли.
В одном из них говорится о князе Юрии, оплакивающем разорение русских княжеств и смерть сыновей.
Э то печальная страница русской истории, рассказывающая о физических и духовных страданиях нашего народа под иноземным игом. В течение этого темного периода русская Православная Церковь утешала и поддерживала людей, скорбела вместе с ними о многочисленных потерях, помогала восстанавливать разрушенное.
В XIII–XIV веках самой значительной военной силой в мире была Золотая Орда. Под натиском татаро-монгол погибли цветущие государства Средней Азии, рухнула цивилизация арабских и кавказских народов. Угроза нависла над Русью и Западной Европой. Вторжение на Русь началось в конце 1237 года. Полтора века Золотая Орда грабила нашу страну. Не раз поднимались восстания против поработителей, но разрозненные княжества не могли противостоять грозной силе, и патриотический порыв жестко подавлялся врагом.
Нужны были многие годы, чтобы народ осознал, что его сила заключается в единении. Московский князь Иван Калита направил все свои силы на возвышение Москвы как центра единого государства. Исправно выплачивая дань Орде, он в то же самое время накапливал силы для решающей схватки. Протоиерей Лев Лебедев пишет в своей книге «988–1988. Крещение Руси»: «...религиозное начало помогло собрать национальные силы, сбросившие татаро-монгольское иго...».
В августе 1380 года Московский князь Дмитрий Иванович, внук князя Ивана Калиты, продолжил дело, начатое дедом. 15 августа в Коломне был назначен сбор народного ополчения со всех княжеств Северо-восточной Руси, объединенного под единым командованием. Собралось 150 тысяч русских воинов, князья Андрей Полоцкий и Дмитрий Брянский привели из Белоруссии 70-ти тысячную конную армию и еще присоединились 30 тысяч народного ополчения: ремесленники, крестьяне, казаки и другие православные люди, вставшие на защиту своей веры.
«... И двинулись. Такого ополченья
Мир не видал с первоначальных дней.
Велико, знать, о Русь, твое значенье, -
Мужайся, стой, крепись и одолей!»
(Ф.И. Тютчев)
Но прежде чем начать выступление, князь Дмитрий поехал со своими военачальниками в Свято-Троицкую обитель к Преподобному Сергию Радонежскому, чтобы заручиться его благословением. По окончании трапезы Преподобный окропил святой водой князя со товарищи и посоветовал им сначала почтить Мамая дарами и почестями: «Писание учит нас, что если враги хотят от нас чести или славы, дадим им; если хотят злата и сребра дадим и это, ...и Бог... вознесет тя, видя твое смирение, и низложит их непреклонную гордыню», - сказал угодник Божий.
«Все это я уже делал, - отвечал ему великий князь - но враг мой возносится еще более. Если Господь и Пресвятая Матерь Его пошлют мне помощь противу врага, то я построю монастырь во имя Пресвятой Богородицы». (Иеромонах Никон. «Житие и подвиги преподобного Сергия, игумена Радонежского и всея России чудотворца»).
«Если так, то его ожидает конечная погибель, а тебя победа и помощь, милость и слава от Господа. Уповаем на Господа и на Пречистую Богородицу, что они не оставят тебя. Победиши враги твоя».
Преподобный Сергий благословил двух схимонахов своей обители - Александра и Андрея, участвовать в битве против Мамая и поддержать в русских ратниках боевой дух. Кто были эти иноки? Почему Преподобный избрал именно их? До поступления в Свято-Троицкий монастырь Александр Пересвет был боярином Брянским, а Родион (Андрей) Ослябя - боярином Любецким. Эти два витязя славились в народе своей отвагой и мужеством, умением строить полки к битве и за свои ратные подвиги считались богатырями.
Преподобный Сергий надел на монахов схимы вместо воинских доспехов и сказал: «Вот оружие нетленное, да служит оно вам вместо шлемов». Еще раз удостоились богатыри-иноки чести послужить Родине молитвой и воинским умением.
Битва на Куликовом поле. Подвиг Пересвета
В первых числах сентября русская армия под предводительством великого князя Димитрия Ивановича и его брата-сподвижника, князя Серпуховского Владимира Андреевича, подошла к реке Дон в месте ее слияния с рекой Непрядвой близ Куликова поля. Перед ними стояла армия неприятеля численностью 900 тысяч человек.
Ранним утром 8 сентября (ст. стиля), в день Рождества Пресвятой Богородицы, со стороны татар с дерзкими вызовами на единоборство, выехал огромного роста богатырь Чели-Бей. Из русских рядов навстречу ему отделился всадник; то был инок Александр Пересвет, его узнали по развевающейся на ветру схиме. С опущенным копьем он понесся на врага. Богатыри сшиблись в страшном ударе и пали мертвые. Не воин, а ушедший из мира монах принял вызов врага и первым пал на поле Куликовом. Как ураган зашумела битва. На пространстве 10 верст лилась кровь, груды тел быстро образовывали целые горы, на которые приходилось с усилием взбираться сражающимся. А в это время в Свято-Троицкой обители игумен Сергий провидел духом весь ход битвы и вместе с братией возносил Господу и Его Пречистой Матери горячие молитвы о предании сил русским воинам.
Утомленные натиском многочисленного войска татарского, русские стали отступать. Великий князь был ошеломлен сильным ударом и лежал без чувств на земле. Уже слышны были победные крики врагов, но вдруг в бой вступили несколько полков, до этого находившиеся в засаде. С быстротой ветра полетели они на неприятеля. Неожиданное появление свежего войска так ошеломило татар, что они обратились в беспорядочное бегство. Хан Мамай, следивший за боем с Красного холма, с тоской воскликнул: «Велик Бог Христианский!» и сам поспешно побежал вслед за другими.
«Последнего татарника огонь
В тот миг погас на Куликовом поле,
Когда от боли озверевший конь
Его пришиб железною подковой.
(В. Фирсов. "8 сентября на Куликовом поле")
Многие славные воины нашли свои могилы на поле Куликовом, погиб и инок Андрей Ослябя. По преданию число убитых русских воинов составило около 200.000 человек. Татарская орда превосходила русскую рать по численности примерно в четыре раза. От русского войска осталось в строю около 40.000 человек. Три дня вода в реках Дон и Непрядва текла, окрашенная кровью павших воинов, кони ходили по колено в крови.
Вечная память героям. Слава Пересвета
В память воинов, убиенных на Куликовом поле, великий князь Димитрий установил вечно, в ближайшую субботу ко дню своего ангела (св. Димитрий Солунский) совершать поминовение. Эта суббота называется в народе Димитровской Родительской субботой, а сам князь Димитрий получил прозвание Донской.
 |
|
Церковь Рождества Пресвятой |
«Слышите ли Вы, други, нашу тризну? Не наша вина, но наша беда, что... понесли мы ярмо иродово, бремя басурманское. Но вы надломили вражий хомут, и этого не забудет Русская земля, пока есть на свете такое имя. Прощайте же, братья! Мы еще вернемся к вам, на это поле, на этот холм, и внуки наши придут из дальних сел и городов подивиться вашему бескорыстию». (Ю. Лощиц. «Дмитрий Донской»).
Великий князь Димитрий распорядился хоронить тела убитых русских здесь же на поле. «Поле славы, говорим мы... Да, но и поле скорби, поле Вечной Памяти. Тела убитых русских воинов свозили к тому месту, где над впадением Непрядвы в Дон открывался с кручи вид на родную северную сторону... А лягут они в землю тесно, плечом к плечу, как и на поле стояли, лицом против солнца» (Ю. Лощиц «Дмитрий Донской»). Праздник Рождества Пресвятой Богородицы, совпавший с днем победы в Куликовской битве, всегда был особо почитаемым на Руси. Поэтому князь Димитрий повелел похоронить тела легендарных воинов-монахов Пересвета и Осляби у стен церкви, освященной в честь этого праздника, в Московском Старом Симоновом монастыре. Этим он хотел почтить своего наставника и духовника игумена обители преподобного Феодора и вместе с тем видом этих святых гробниц в своей резиденции увековечить мужество и храбрость иноков-воинов и на будущие времена.
Прошло более 600 лет со дня «Мамаева побоища», но память о битве не изгладилась из памяти народа до сего дня. Если бы хан Мамай одолел князя Димитрия, Русь была бы тогда также раздавлена, как и 200 лет до этого при хане Батые, и едва ли смогла бы снова скоро воскреснуть. Еще много раз после Куликовской битвы татары появлялись на русской земле, но уже не как хозяева, а как воры. Куликовская победа ознаменовала конец татарского владычества не только для Руси, но и для всего остального Христианского мира. Русское государство встало непреодолимым барьером на пути монголо-татар в Европу. Мощный заряд патриотизма, накопленный в Куликовской битве, пронесся через всю историю России, вдохновляя русских людей на победы над многочисленными врагами Родины.
По обету князя Димитрия на Куликовом поле на месте массовой гибели русских воинов была сооружена церковь во имя Рождества Пресвятой Богородицы. В 1850 году скульптор А.П. Брюллов воздвиг памятник в честь святого князя Димитрия Донского (канонизирован в 1988 году). В начале 20 века архитектор Щусев построил на Куликовом поле церковь во имя Преподобного Сергия Радонежского. Сейчас там располагается экспозиция филиала Тульского историко-краеведческого музея
В 1867 году вместо старой деревянной церкви Рождества Богородицы на поле Куликовом была построена новая каменная церковь. Сейчас она находится в запущенном состоянии. Но туда ездят служить панихиды по убиенным воинам о. Валерий Мешков и некоторые прихожане храма Рождества Богородицы, что в Старом Симонове, где уже более 600 лет (исключая годы, когда в храме находился компрессорный цех) горит над святыми могилами витязей-иноков неугасимая лампада, и ежедневно поминаются имена всех воинов, на поле Куликовом убиенных.
В настоящее время в храме закончены широкомасштабные работы по воссозданию главного иконостаса, наружных фресок, восстановлена живопись стен работы мастеров Палеха, полностью воссозданы иконостасы Сергиевского и Никольского приделов в стиле 16 века, благоустройству территории с братскими могилами Старосимоновского некрополя. Завершено строительство здания воскресной школы для детей, проводятся воскресные беседы для взрослых. Идет подготовительная работа к строительству - реконструкции колокольни храма, взорванной в 30-х годах.
В 1992 году здесь принимали присягу казаки всех объединений. Здесь, у могил витязей Пересвета и Осляби, собираются принимать присягу, по древней традиции, военные моряки.
Шесть веков простояла церковь Рождества Пресвятой Богородицы в Старом Симонове. Всего десять лет прошло со дня возобновления богослужений в ней, и скоро вновь зазвонят колокола на звоннице. Гори, неугасимая лампада.
Два Московских переулка в Симоновской слободе названы именами Александра Пересвета и Андрея Осляби.
